Девятка

Услышав шокирующую новость о моём муже, подруга и по совместительству коллега, поперхнулась лонкеро и уставилась на меня большими широко распахнутыми карими глазами так, словно я призналась, что на прошлых выходных занималась групповухой со всей хоккейной командой Jokerit прямо в раздевалке.

– Ты серьёзно? – Сату, не верит своим ушам.

– Серьёзней некуда, – утвердительно киваю в ответ. – На следующей неделе собираюсь подать на развод.

– Не понимаю… после всего, что он… что вы прошли… Как так?

Хочется ответить «любовь прошла, завяли помидоры», но останавливаю себя, – финка не поймёт этого выражения.

– Что не делается, всё к лучшему, – безразлично пожимаю плечами и залпом опустошаю бокал с игристым вином. Тянусь к початой бутылке, чтобы наполнить опустошённый бокал, но неожиданно за спиной раздаются громкие, перекрывающие музыку, выстрелы. Бутылка выскальзывает из руки и падает на пол. Звук разбивающегося стекла заглушают режущие слух одичалые крики, заставляющие волосы на затылке встать дыбом, и новые выстрелы.

Я не успеваю среагировать, сгруппироваться или элементарно спрятаться под столом, повинуясь первобытному инстинкту самосохранения, не успеваю ничего предпринять, поскольку меня вместе с Сату и другими сносит потоком людских тел. Всё происходит как в тумане, нет времени даже задать мысленный вопрос «какого чёрта?!».

Всего минуту назад мы с подругой, коллегами и работниками других офисов наслаждались долгожданным корпоративом, а теперь перепуганные сидим на грязном липком полу, прижимаясь друг к другу будто малые дети.

В ушах всё ещё звенит от выстрелов, а сердце колотится с такой скоростью, что кажется оно вот-вот не выдержит нагрузки и в ближайшие секунды и вовсе остановится. Я чувствую лёгкий озноб и пытаюсь подавить нарастающую панику. Закрываю глаза, делаю несколько глубоких вдохов и выдохов, считаю до десяти и снова открываю глаза. Дыхание выравнивается, сердцебиение замедляется.

Первое, что приходит в голову – события вчерашнего вечера. Хотя событиями это назвать сложно… Я ополоснула лицо холодной водой после снятия макияжа, промокнула мягким полотенцем и устало взглянула на своё отражение.

Долго смотрела в пустые, ничего не выражающие глаза и думала о том, какая у меня серая, никчёмная и до неприличия скучная жизнь. Каждый божий день одно и то же. И кроме измены мужа за последние месяцы, если не годы, совершенно ничего не происходило. Не жизнь, а жалкое существование. Наверное, это кризис среднего возраста.