Девятка

Похититель, наступив на него босой ногой, отталкивает в сторону, и кусочек зеркала бесследно исчезает под холодильником.

– Пусти, урод! – воплю я, пытаясь вырваться из цепкой хватки. – Пусти, иначе пожалеешь! Воткну нож тебе в глотку как твоему тупому миньону!

– Не забывайся, – угрожающе тихо произносит он, и я замечаю, как желваки играют на его лице. – Иначе сама пожалеешь.

– А мне терять нечего, – дерзко выпаливаю я.

Рэми обхватывает пятерней мою челюсть и, с силой впишись в неё твёрдыми пальцами, приближает к своему лицу:

– Ты даже не представляешь, как много ты ещё можешь потерять.

 – И внезапно отпускает меня.

Пошатнувшись, я хватаюсь за столешницу, чтобы не упасть и одичало смотрю на мужчину, который не спеша подходит к кофейному столику и начинает заваривать кофе. Я поворачиваюсь к нему спиной и затравленно осматриваю кухню со столовой и гостиной в поисках нового оружия или выхода. Взгляд останавливается на раздвижных стеклянных дверях, выходящих на патио.

На них есть ручка и нет замка в виде считывающего устройства. Во дворе нет никаких стен или забора, лишь терраса, а за ней – зелёный газон, простирающийся до берега тёмно-синего озера. Открытая местность. Быть может рядом есть другие дома, и кто-то из соседей поможет мне, укроет и вызовет полицию.

«Выход!» – в душе загорается надежда.

Настороженно кошусь на Рэми, но он полностью сосредоточен на кофемашине и не обращает на меня никакого внимания. Это мой шанс. И я, не раздумывая, бросаюсь к двери.

Трясущиеся пальцы тянут за ручку, и в слегка приоткрытую дверь залетает освежающий прохладный ветерок. Меня начинает пьянить от сладкого запаха близкой свободы. Но услышав отдалённый лай собак, я в ужасе каменею и впиваюсь взглядом в горизонт. Сразу замечаю два чёрных пятна. Ко мне с неимоверно быстрой скоростью несутся два здоровенных добермана. Чёрт! Чёрт! Чёрт!!!

Рефлекторно захлопнув дверь, в панике отшатываюсь от неё и тут же врезаюсь лопатками в твёрдую грудь Рэми.

Хочу убежать от него, от собак и закрыться в своей комнате, но у мужчины на меня другие планы. Он бесцеремонно толкает меня обратно к двери, по которой уже скребутся когти обезумевших животных. Адские псины встают на задние лапы и лязгают клыкастыми пастями прямо перед моим лицом. Я инстинктивно упираюсь ладонями в стекло, желая отодвинуться, оттолкнуться от жуткой картины, но Рэми не даёт такой возможности, – он крепко держит меня.