Дорогой мой декан

Вера осторожно забралась в высокий пикап, придерживая чуть не съехавший плед. Виктор Дмитриевич закрыл за ней дверь и поспешил на водительское сиденье. Все свидетели этого действа таращились не меньше, чем на окольцованного Сигизмунда.

На зеркале заднего вида висел флакончик аромадиффузера, источавший запахи какао, ванили и специй.

– Кондиционер или окошко открыть?

Вера молча пожала плечами и неловко улыбнулась.

– Может, тогда кондиционер? Не против?

Она кивнула. Ещё бы она против была!

– Так нормально?

Повеяло приятной прохладой, развеявшей духоту жаркого дня.

Вера опять кивнула и вдохнула глубоко-глубоко.

Виктор Дмитриевич улыбнулся и тронулся с места.

– Если будет холодно, скажите.

– Угу…

– Вам в наше же общежитие? Привузовское?

– Ну да.

Он помотал головой.

– Я с самого назначения воюю за его реновацию. Люди в таком не должны жить.

Вера, будто пристыженная за жизнь на помойке, отвернулась к окну. Дома и магазины прятались за листвой. Ярко-зелёная трава желтела солнечными одуванчиками и куриной слепотой.

Кое-где синела печёночница. Женщина с тяжёлым пакетом торопилась к автобусу, а тот закрыл двери и тронулся.

– Минутку, – Виктор Дмитриевич притормозил, опустил стекло с Вериной стороны и посигналил водителю.

Тот высунулся.

– Чего?

– Там пассажирка торопится. Вы, наверное, не заметили.

Водитель автобуса выпучился, будто хотел дать в глаз, выдавил жуткую улыбку и просипел:

– Да уж, конечно же, не заметил. Как хорошо, что вы, добрый человек, сказали, – он резко затормозил и открыл двери.

Декан закрыл окно и поддал газку.

Доехали быстро – всего-то три километра. Вера обычно даже автобуса не ждала. Больше прождёшь, чем своими ногами. Ездила, разве что, когда видела, что вот-вот подъезжает. А то и с ней такое бывало: опаздывала, бежала, а водитель делал вид, что дико торопится или её вовсе не замечает.

Пока Вера неумеючи дёргала за ручку, Виктор Дмитриевич вышел, обошёл машину, открыл ей дверь и подал руку. Она осторожно о неё оперлась.

До чего же приятная кожа! Тёплая, по-мужски нежная. Не то что у этого омерзительного Сигизмунда!

– Вера, я искренне хочу принести вам извинения за случившееся.

– За что?..

– За то, что, учась под моим началом, вы оказались в опасности. Я не должен был держать на кафедре подобных ур–… сотрудников.

Вера распахнула глаза, губы задрожали.

– Если вам нужно несколько дней отдыха – отдыхайте. Не волнуйтесь, на стипендии это не отразится.