Лекарь Серрады. Книга первая

– Я согласна только при таком условии.

«Он ничего не понимает… Мне ее жалко, как только представлю дочь в более взрослом возрасте, так тут же на глаза наворачиваются слезы. Ведь я ничего не могу для нее сделать. Девочка проживет всю свою жизнь за невидимой стеной изолирования, среди таких же, как она. Жизнь, как один миг, как сон. Она не поймет, что у нее есть родители, никогда не поговорит со мной… Но, если она вылечится? Если вопреки всему возненавидит меня за предательство? Это глупо, мои пустые мысли ничем ей не помогут.

У меня еще родятся дети, но ее не будет никогда.»

– Хорошо, пусть будет так, – выдавил Дамад.

– Тогда, я согласна. Но, что я думаю про все это, тебя больше не касается…

– Успокойтесь, только подтвердите ваше согласие и вы свободны. Не терзайте себя, Магда, такие случаи происходят время от времени, – снова вмешался лекарь.

Легкое прикосновение запястья к белоснежному пульту и судьба Ортизы решена.

Магда последний раз посмотрела на дочь, которая находилась в общем зале, вместе с другими детьми.

Девочка спала. В этот момент мужа не было рядом и королева была совсем одна. Никто из дочерей не пришел ее навестить, жесткий контроль Дамада неусыпно сопровождал каждое их передвижение.

Пока она стояла и молча прощалась, девочка сладко спала и так и не проснулась.

Все.

Малый диск, в котором Дамад ждал ее, уже стоял у лечебницы.

Домой ехали молча. Оставив Магду около ворот во внутренний дворец, муж сказал:

– Я уезжаю, вернусь поздно.

– Куда ты?

Он не ответил.

Алайа снова палила и Магда быстро зашла в ворота, где ее никто не встречал. Голова кружилась от сладкого запаха цветов. Они плелись, цепляясь друг за друга тонкими розовато-зелеными пластинками и настырно заглядывали во все щели. Вечное бедствие Серрады…

Казалось, будто все кругом кружится и уплывает из-под ног. Магда долго не могла зайти в свои покои, датчик двоился в глазах. Наконец, ей это удалось и она тут же упала на кушетку. Слезы душили.

Никогда прежде она не испытывала такого чувства всепоглощающего одиночества, никогда за всю свою жизнь боль от неосуществимости не терзала ее так сильно.

Магда не хотела этого, все должно быть по-другому. Никому не нужна, абсолютно никому… Сама виновата, во всем виновата, лекари могли ошибиться, но теперь уже ничего не поделаешь

Она больше не представляет ценности, муж будет только рад от нее избавиться, он быстро найдет другую. А ей ничего не светит, все закончилось.