Захват прошлого. Ветер с Востока. Книга пятая

Служанки выпучили глаза:

– Где это видано, чтобы муж присутствовал при родах?

– Ведь я не родила ещё? Времени навалом. Позовите, я тоже хочу его видеть.

Герцог, бледный, как смерть, зашёл в комнату и бросился ко мне:

– Долго ли еще?

– Никто не знает. Побудь немного со мной, пока не станет невыносимо… Потом уйдёшь, не хочу, чтобы ты видел меня совсем замученной.

– С ней всё в порядке? – в отчаянии спросил он акушерку.

– Уверяю, всё, как обычно. Ничего плохого нет, могу сказать, процесс идёт даже быстрее, чем я привыкла.

Франциск сжал мою руку и поцеловал.

– Только держись. Ты должна выжить.

Как страшно, когда роды могут быть настолько опасны, что люди задумываются о жизни и смерти. Где сейчас наши роддома, в которых есть врачи и контроль за состоянием беременных. Всё, что здесь есть, это простая женщина с пузырьком антисептика и пачкой таблеток на крайний случай.

Я сильнее сжала руки Франциска:

– Если со мной что-то пойдёт не так, знай, что самое лучшее время я провела здесь.

– Я люблю тебя, Бланка.

Он прижался лбом к моим рукам.

Франциск следил за каждым движением, протирая мое горячее лицо, чтобы охладить его. Он неотрывно наблюдал за акушеркой, а если с моих губ срывался случайный стон, его лицо искажалось такой невероятной болью, что мне становилось совсем не по себе.

– Франциск, я думаю, скоро всё начнётся, тебе лучше подождать снаружи.

Но он вцепился в мою руку и взмолился:

– Я останусь ещё ненадолго.

– Хорошо…

Служанки с ужасом заглядывали в комнату.

Наверное, не видели ещё такого зрелища, чтобы герцог, да присутствовал на родах своей жены.

– Обычно мужчины остаются за дверью, – прошептала я, сдаваясь.

– Мне всё равно, что подумают другие. Такое ощущение, что стоит выйти, и я могу потерять вас двоих. Никуда не уйду. Если надо, закрою глаза в нужный момент, но не уйду, Бланка.

Я быстро собралась с духом. Хорошо, пусть остается. Так мне тоже будет спокойнее. Кто знает, в каком состоянии я буду дальше. Схватки всё нарастали.

Иногда акушерка без церемоний просила Франциска подняться и отойти в сторону, попутно разворачивай его, чтобы не мешал меня осмотреть.

– Да, вы можете остаться, но всё-таки отвернитесь, не смущайте барышню.

Франциск выполнял всё беспрекословно.

– Уже скоро.

Я тоже это чувствовала, потому что боль становилось всё невыносимей. Иногда я просто теряла ощущение реальности.

– Если тебе больно, кричи, здесь некого стесняться, – настаивала акушерка.