Два одиночества

В бесплатных надо указывать отца, как-нибудь точно раскроется.

Так вот Таня терпела, растила «настоящего пацана» и ужасалась.

– А я вот йогу люблю, – продолжал старикан. – Мне вот на сердечке операцию сделали, ну так – небольшую, не переживай.

Спасибо, что успокоили, а то так тяжко было это всё слышать!

– Ну так мне расхаживаться надо было, в себя приходить, так ведь мне моя инструктор специальные асаны дала, представляешь?

– Ммм… как интересно…

– Интересно? Да ну! Так, давай, покажу! – и дед вскочил на мохнатые ножки, принялся выкручиваться, попутно объяснять, что за поза и для чего нужна.

– Спасибо большое, постараюсь запомнить. Но что-то меня припекло – пойду.

– Да-да, давай Таня, ты, если забудешь, говори, я тебе видео запишу! А на солнце долго не надо – это ты правильно.

Пытаясь закатить обратно глаза, Таня вернулась в свой номер. А так хотелось ещё поплавать, поразлагаться на удобном шезлонге.

Видимо, не судьба.

Седовласый наконец-то вернулся, лёг загорать, а Таня с завистью поглядывала на него с балкона.

Вот только мог бы и не курить.

Таня терпеть не могла запах дыма. Как бывший курильщик, она осуждала всех, кто так и не бросил. Сама она завязала из-за бывшего мужа, когда они ещё только встречались. Он строго-настрого запретил ей курить, а то что, с пепельницей целоваться? Хотя сам продолжал изводить по полпачки. Ещё любил дорогие сигары и время от времени брал старую трубку.

Ближе к ночи жара переместилась к бассейну. Музыка, танцы, коктейли.

Таня пританцовывала с Дайкири и оглядывалась по сторонам. Две болтливые девчонки, светившие сиськами на пляже, уже кого-то захомутали. Отплясывали в обтягивающих мини, вились вокруг молодых пареньков. Те были вполне ничего, но не в Танином вкусе.

Она выискивала его. Седовласого.

Чёрт его знает, чем он её зацепил. Может, просто первый попавшийся? Первый, с кем она полетела в новую жизнь. Подальше от прошлого, бывшего мужа и Коли. Он будто бы держал её за руку с самого самолёта, а теперь потерялся и его непременно нужно было найти.

– Тыц-тыц-тыц-тыц! – старикан тоже был тут. Он подтанцевал к Тане и стал выплясывать вокруг неё. – Ну давай, Танечка, отчебучим!

Таня жалась, боясь прикосновений прелого тела. Старикан уже знатно вонял. Прям как в квартире у пенсионеров, в которую забежал потный подросток.

– Танюша! – дед выделывал па и угрожающе хватал Таню за руки.

– Осторожно, – она подняла повыше коктейль.