Любовь это болезнь

– Но в то же время, я как отец не могу просто закрыть глаза на то, чем, где, когда и с кем она занимается. Нужен контроль. Возможно, – он поднял вверх указательный палец, – повторюсь, возможно, где-то я перебарщиваю. Но. Мне кажется, иногда я, наоборот, даю слабину. Ну сами подумайте, не пустил бы я её на это… мероприятие, ничего бы и не было.

– Ещё ничего бы не было, если бы ты не давал дружить мне с Пашей, да, папа?

Тут он не нашёлся с ответом. Не всё ты в состоянии проконтролировать?

– Не перегибай палку, – после долгого молчания разродился новой тирадой: – Ты же не будешь спорить, что нельзя перебегать дорогу на красный? Это не исключает вероятности того, что тебя могут сбить на зелёном.

Но. Крайне повышает шанс остаться здоровой и невредимой.

– Да что такого могло случиться на дне рождения?! – я воздела руки к белому потолку, с которого таращились люминесцентные лампы.

Папа медленно повернулся и цокнул.

– Это как раз тот самый дурак, проехавший на зелёный для пешеходов! Это был простой ДР, я на таких сто раз бывала и всё было окей!

– Машенька, не кричи, – наконец вклинилась мама.

– А я не кричу!

– Маша, давай чуть отвлечёмся, – Ксения выпрямилась и выпятила вперёд почти плоскую грудь.

Не знаю, почему все так гонятся за объёмами выше талии. По мне, так это вообще неудобно. Да, у меня третий размер, а я хочу первый. Можно просто скакать, прыгать и бегать – ничего не мешается. Можно спокойненько спать на животе – в общем, одни только плюсы.

Выпрямилась Ксения, значит, и спрашивает, какое у меня самое счастливое воспоминание за последнюю неделю.

Было ли такое.

Денис Васильевич.

Я не успела остановить улыбку, но озвучивать, конечно, не стала.

Ксения наклонила в бок голову.

– Маша, я вижу, что ты что-то вспомнила, да?

Я поджала губы и пожала плечами. Нет, ну а что мне рассказывать, что я вкрашилась в собственного психолога? Это законно, вообще?

– Не хочешь делиться?

– У-у…

– Хорошо, главное, что ты переключилась на что-то приятное.

Наша сессия заканчивается, и мне хотелось бы подытожить. Ситуация складывается такая, что папа хочет больше контроля, а Маша – больше свободы, правильно?

Все закивали.

– А чего хочет мама?

Мама большую часть сессии как-то молчала, не особо принимала участие в беседе. Это на неё не похоже. Она так-то любит поговорить, на старых сессиях могла трепаться без умолку, а тут… непонятно.

– Мама… – она вздохнула, медленно, обречённо.