Верея

Она всегда была бодрой и улыбчивой, согревала одним своим взглядом, не позволяла и тени печали коснуться лица. Мама часто именно нас заставляла избавляться от грусти и хмурых мыслей, именно она была центром всего и поводом улыбаться каждый день. Хотя сама переживала душевную боль изо дня в день и вынуждена была молчать. Я всегда заботился о ней и никогда не уставал, не ругал брата и сестру, за то не помогали мне, и был терпелив по отношению к отцу, который иногда не понимал, чего от него хотят. Все эти вещи и многие другие я знал лучше всех.

Приходилось подмечать каждую мелочь, учиться присматриваться к деталям и чувствовать настроение мамы, которая с каждым разом умудрялась тщательней скрыть грусть и желание расплакаться.

– Мама, – тихо произнёс я. – Что случилось?

– Она не может ответить, – еле слышно сказал отец. – Мы почти не отходим от неё и не имеем ни малейшего понятия, как помочь. Никто из врачей не знает, что с ней. Всё случилось, когда в замок пробрались воры и украли камень памяти. Была сильная буря.

Я был вынужден спуститься в Урунг и помочь жителям поднять детей, женщин в замок. Когда вернулся к вашей маме, то застал её окаменевшую у окна. Мы с Журри и Волибором уложили её в кровать, и с того момента ничего не изменилось. Я…

– Кто его украл? – прошептал я зло, поглаживая маму по холодной щеке. – Кто посмел? И почему до сих пор ты не решил эту проблему? Какие жители? Почему ты оставил её одну? А если ей нужна была помощь?

– Всех нас это подкосило, не требуй от меня многого, Самбор.

Я не только отец и муж, но и король. Во мне нуждаются больше людей, чем ты думаешь! Ты не представляешь…

– Слишком многого? Не представляю? Что с тобой? – горько усмехаюсь, рассматривая мамино лицо. – Она так нуждалась в нас в тот момент. Я уверен. Она всегда, каждую минуту просила о помощи. А я как дурак тянул до последнего и не решался помочь.

Я был зол и неожиданно услышал в голове голос матери. Она просила меня вернуть камень, вернуть домой и убить всех, кто встанет на моём пути.

Я прикрыл глаза и увидел её еле светлый образ. Она бродила в темноте и царапала грудь. Заметив меня, яростно закричала, и я испуганно открыл глаза. Но взгляд мой был уже другим. Голова наполнилась тяжелыми мыслями и потянула меня вниз. В горле стояла тошнота. Она была символом моего нежелания ощущать все те эмоции, которыми поделилась со мной мама и исчезла навсегда.

***

Журри У-Танг.

Болотная гора.

С момента ухода Самбора прошло три года.