Моя мама – ведьма

– Здравствуйте, – Ситар Викрам Тиапшет Махавирский склоняет голову набок, разглядывая меня своими нахальными, и боже – такими ясными глазами, – вы – моя мама?

Честно говоря, такого быстрого разоблачения я не ожидала!

Как он здесь очутился? Где его отец?

Может, я умом рехнулась от тоски?

Да вроде не должна так резко…

И что мне ему сказать? Что он дверью ошибся?

Держу пари, он так закатит глаза, как я сама когда-то. Причем сестрицы мои в тринадцать-четырнадцать этим страдали, а я – с десяти лет была уверена, что лучше всех все знаю.

Ну как тут можно ошибиться, когда кровная нить моих чар через всю лавку ко мне вьется.

– Это ведь вы чаровали, – мальчик подходит вперед, протягивая вперед осколок расколотой его защиты, – я на неё своей кровью капнул и шестнадцать слов поиска нашептал.

Строго говоря – тут не было нужды в объяснениях. Все было прекрасно понятно и так. Только родич и смог бы протянуть линию крови между останком чар.

Самое смешное, никто его не учил.

По крайней мере – никаких знающих ведунов рядом не было. Все сам, все сам. Ох, молодо, зелено. Помню я свои молодые денечки. Сколько чар было тогда сплетено на коленке, сколько шишек набито, сколько ожогов маслом мазано…

– Там, на стрельбище, у меня вот тут кололо, – Викрам тем временем не перестает объяснять, касается груди в районе сердца, – так бывает, когда папа беспокоится. Но потом вы начали колдовать, и я понял, что это не он за меня волнуется. Папа так не умеет.

Он крутой, высший жрец Аспес, но он не ведает чар. Мама – должна уметь. Все говорят, что я ведьмин сын. Да я и сам знаю. Все знают, что наги не умеют ворожить. Только если мама или папа – умеют. И если они были из людей. Хоть один. А я – могу.

– Сделай одолжение, не тараторь так быстро, – тихо прошу, откладывая в сторону ступку. Пока я все это слушала – волхарец до мучной пыли перетерла, хоть булки теперь из него пеки – для настоев-то уже не годится.

– Так вы моя мама, да?

Боже, как лихорадочно у него блестят глаза.

С какой надеждой он на меня смотрит. А я – вкус своей крови чувствую. До крови язык прокусила.

– Не повторяй это в третий раз, малыш, – тихо прошу я, – потому что вопрос, заданный колдуном колдуну трижды…

– Привлекает внимание духов, да, знаю, – он так нетерпеливо встряхивает головой… Глаз не отвести. Моя внутренняя ненасмотревшаяся наседка любуется каждым вихром, торчащим из-под капюшона.