Письма в Лондон

Ей часто хотелось подойти, заговорить с ним, узнать, почему в его глазах таится грусть, но из-за своей природной стеснительности она так и не решилась на этот шаг.

Однажды, когда все дети шли в спальню, Антон, проходя мимо Маши, грубо толкнул ее плечом, да так сильно, что девочка отлетела в сторону, больно ударившись о стену. Ее глаза наполнились слезами, но она промолчала и только проводила обидчика недовольным взглядом. Другие дети продолжали заниматься своими делами, делая вид, что ничего особенного не произошло.

Маша продолжала стоять у стенки, едва сдерживая слезы и от обиды закусывая нижнюю губку.

В тот день Стас впервые обратил на нее внимание и поспешил прийти на помощь. Он подошел к Антону, который был выше его на голову, и с вызовом процедил:

– Ты обидел даму!

– И что? – взирая на соперника сверху вниз, насмешливо ответил Антон.

– Ты должен извиниться.

– Перед этой плебейкой? Да ни за что! – рассмеялся Антон.

Стас не стал уговаривать его дважды, просто схватил наглеца за шею и со всей силы стукнул его лбом в нос.

Брызнула кровь, Антон громко завопил и побежал жаловаться воспитательнице. А Стас как ни в чем не бывало продолжил готовиться ко сну.

Вскоре в спальне появилась встревоженная воспитательница. Стас к тому времени уже разложил свои вещи на стульчике и кропотливо застегивал пуговки свой старенькой фланелевой пижамки. Воспитательница подошла к нему и строго сказала:

– Наши дети не дерутся. То, что ты сделал, неправильно.

Не поднимая на нее взгляда, Стас передернул плечиками.

– Стасик, ты понимаешь, что поступил плохо? – не унималась воспитательница. – Что скажет твой отец, когда я расскажу ему о твоем поступке?

Стасик снова передернул плечиками. Тогда воспитательница схватила его за руку.

– Завтра я хочу видеть твоего отца, тебе ясно? – в запале воскликнула она, раздраженная откровенным презрением смышленого малыша.

Не выдержав, Стасик поднял на нее взгляд, полный неподдельной мудрости.

– Он не придет! – сквозь зубы процедил он.

– Что это значит?

– Папа погиб, – стойко выдержав недоумевающий взгляд, произнес мальчик и, без резких движений освободив свою ручку, лег в постель.

Под изумленным взглядом воспитательницы, он натянул одеяло на голову и затих. В спальне повисла пугающая тишина. Все дети, до этого момента игравшие и прыгавшие на своих кроватях, неожиданно вдруг затихли и замерли, устремив взгляды на крохотную фигурку, сжавшуюся под клетчатым одеялком.