Нюрочка и другие рассказы. Наша жизнь в стране Советов…

На одной из остановок часть пассажиров вышла, мы поехали дальше, вдруг откуда-то из глубины закричала проснувшаяся бабка:

– Ой! Чекай, хлопчику, я туточкi зiйду!

Таксист разозлился своеобразно, продолжая бубнить одну единственную фразу с разными вариациями, когда ему пришлось останавливаться в неположенном месте на трамвайных путях, потом выходить из машины, так как у этой бабки еще оказалась куча сумок и корзинок в багажнике.

– Ну, и шо сидела, строила глазки?! Ну женщина, ну шо вы в самом деле, ну? Сидела, строила глазки, шо строить глазки, женщина? Сидела, глазки строила! Какая вы женщина, сидит, глазки строит! Шо строить глазки?

Смущенная бабка молча и виновато забрала свои котомки, а расстроенный водитель через минуту, объявляя следующую остановку, неожиданно изрек:

– Кто-то хочет Карла Маркса? – имея в виду название улицы.

– А кто его хочет, никто его не хочет, – дружно изрекли пассажиры и поехали дальше.

***

Нюрочка

Анна, первенец и любимица своего отца, которую он звал то Нюрочка, то Нюшечка-душечка, а иногда – Нюшенька-душенька, родилась студеным декабрьским вечером, 20-го числа 1910 года, в рыбной столице устья реки Волги – городе Астрахани, в Александровской больнице.

Отец ее, рабочий, бондарь рыбозавода Якушкин Дмитрий Алексеевич, и мать – Царева Дарья Максимовна, были из крестьянских семей. Рождены они были в Касимовском уезде Рязанской губернии, в деревне Илебники. В деревнях России в начале ХХ века было голодно, и народ семьями выезжал в сытые рыбные города.

Так и они, гуртом добираясь на телегах, попали в Астрахань.

Отец Нюрочки, Дмитрий Алексеевич, пришел с Первой мировой войны героем, весь в наградах за храбрость, в том числе был он награжден и орденом – солдатским Георгиевским крестом. В дальнейшем все дедовы награды растеряли, играя с ними, его внуки, дети младшей дочки Мани: Миша и Шурик.

Батянька, или папанька, как его называла любимая доченька, – Дмитрий, был красив, статен, проницателен, с острым лукавым взглядом.

Большой жизнелюб и женолюб, несмотря на свою хромоту, по девкам хаживал. Но с супругой своей Дарьей был строг. Одеваться велел скромно, как монашенки одевались. Был умен от природы, мудр и рассудителен, красиво говорил, – заслушаешься! Политически был шибко грамотен, уравновешен, благодаря чему народ со всей округи ходил к нему за советами и поговорить о жизни.