Эффект матрёшки

Хозяйка, она же Госпожа, она же Domina Лолита Полторыдядько произрастала из местечка Жабокрич, что в Крыжопольском плодородном районе Украины. Еще в прошлом веке её немногочисленная родня, наслушавшись «голосов», потянулась за еврейским счастьем, прихватив с собой всего понемножку. Дедушка – заслуженный работник культуры,– немножко Левитана, мама – зубной техник – немножко золотого лома, а Лола – любимого плюшевого Михалыча, с черной бусиной единственного глаза. На таможне Михалычу вспороли живот, и человек в форме вывалил на стол игрушечные мишкины кишки.

Комок серой ваты и печальный глаз Михалыча последнее, что, теряя сознание, запомнила Лола. Но перед тем как отключиться она накрепко впилась зубами в волосатую руку таможенника чуть пониже накрахмаленного манжета. Очнулась она на деревянной скамейке. Мама сидела рядом и гладила её по голове. «Пей, девочка…» – дед протягивал колпачок от термоса доверху наполненный сладким-пресладким чаем. Она до сих пор не забыла его приторный вкус и свой последний день на Родине. Было ей тогда пять лет, а зим на одну меньше…

В суматохе и Левитан и зубной лом, незамеченными проскочили границу. Левитан ушел с аукциона за хорошие деньги и обеспечил приличное существование репатриантам.

Прошли годы и, подросшая девочка Лола, таки сбежала из земли обетованной в Европу. Не одна, с «наставником». Европа их не ждала и когда у «наставника» кончились деньги, он сдал ученицу в рабство в один из берлинских садо-мазо борделей. Фрау Лол успешно делала карьеру в Теме и уже дослужилась до плетки и лаковых сапог, как случилось ужасное.

Ужасное, даже по меркам содомского театра.

Во время очередного представления сквозь прорези полумаски она узнала ошейник. Его ошейник!

Это была любовь. Любовь с первого взгляда. Лола взяла его из приюта. Boss был славным псом, но совершенно не выносил одиночества. Так бывает не только у людей. Одинокими ночами он выл по хозяйке. Возмущенные соседи не раз пытались урезонить животное. Выкрикивать бесполезные приказы на собачьем языке стало доброй традицией обитателей подъезда, проходящих мимо квартиры на первом этаже.

Но ни «Фу!» ни «Сука, заткнись!» ни пинки в запертую дверь, не могли надолго отвлечь Bossa от страданий.

Лола приглашала собачьего психолога, по его совету они вместе посещали тренинги и пили успокоительное. Бесполезно! Каждый вечер перед уходом Лола взывала к собачьей совести, клялась в любви и умоляла держать эмоции под контролем. Раз она все же сорвалась и ударила пса.