Солнцежар

– Ты же сказала, что любишь острые ощущения?

– Я сказала не острые, а необычные, – проворчала Катя.

Андрей шёл первым. Он, как и Катя был невысокого роста, и трава скрывала его с головой. Но геройства ему, похоже, было не занимать. Достав из рюкзака складной нож, он принялся расчищать путь для дамы.

Словно в джунглях, орудуя ножом как мачете, он резал сочные стебли впереди себя, и верхушки трав с тяжёлым вздохом падали на землю, выстилая мягкую ковровую дорожку для идущей позади Кати.

Ей не хотелось признавать, что Андрей частично избавил её от страданий и она, как могла, подтрунивала над парнем, игравшим роль благородного рыцаря.

– Ты всегда с собой нож таскаешь?

– Конечно, а как же.

– Даже в городе?

– Да. Представь себе. Всегда и везде. Я беру его, даже когда еду к репетитору.

– Боишься, что на тебя нападут в тёмном переулке и отберут тетрадки?

Андрей хмыкнул.

– При нападении нож бесполезен. Он нужен, чтобы ниточку обрезать. Или колбасу покрошить. Или вскрыть секретный конверт.

Для таких целей –  незаменимая вещь. А драться с ножом бесполезно.

– А если серьёзно, зачем ты его носишь?

Катя пыталась не отставать от парня и всё время смотрела себе под ноги. Неожиданно Андрей остановился как вкопанный, развернулся к ней, и они почти столкнулись лбами.

– А если серьёзно, я взял его только в эту поездку. Думал заманить симпатичную девушку в крапивные заросли и там… – он понизил голос и выставил нож вперёд. Зазубренное лезвие поймало пробивавшийся сквозь заросли луч и хищно блеснуло, подыгрывая хозяину.

Катя остолбенела. Не в силах оторвать взгляда от побелевших костяшек его пальцев.

Она понимала, что скорее всего это шутка, но не знала как на неё реагировать.

С растревоженных трав, обступавших их со всех сторон, осыпалась пыльца и окутывала их обоих жёлтым облаком. Густой тяжёлый запах дурманил голову и делал всё вокруг каким-то не реальным.

– Ну? Ты же любишь острые ощущения? – Андрей вскинул брови.

Он сделал шаг вперёд и поднёс кончик ножа к её подбородку.

Его холодные серые глаза абсолютно ничего не выражали. Невозможно было даже предположить, что творилось у него в голове.

Возможно, вся эта история с родителями и поступлением в медицинский была всего лишь легендой. И перед ней самый настоящий псих с изуродованным сознанием.

– Необычные, – поправила Катя и заметила, как трясётся нижняя губа. – Я люблю необычные ощущения. Холодное оружие к ним не относится.