Уйти от опасности. На Юпитере

Может быть, ты скажешь мне?

Не отвечая на ее вопрос, Лена заметила восхищенно:

– О, ты уже так много можешь сказать на языке аборигенов!

– Я не пропускаю занятий. Но ты не ответила на мой вопрос.

– У меня прибавилось работы, когда Наташа и Саша отправились в поход. Сережа и Игорь трудятся на раскопке дома. А Иришка еще ребенок, – она усмехнулась, – хотя и старается помочь мне, принося понемногу хворост.

– Скажу Нику, чтобы помогал девочке, он немного старше, и помощь его будет существеннее.

Сказала, и они обе засмеялись.

– Растут помощники, – доброжелательно произнесла Лена.

Разговаривая с Джессикой, она украдкой наблюдала за Тимерием.

Вот он покинул Витерия и пошел вдоль платформы. Сердце ее затрепетало так, что стало больно. А он прошел мимо, даже не глянув на нее. Возмущение, вспыхнувшее в ней, было остановлено мыслью: «Я сама хотела этого. Я справлюсь! Я сильная! – желая успокоиться, твердила она себе. – Но почему же так больно! Мне так не хочется когда-нибудь возненавидеть его так же, как у меня было с Николаем.

Тогда недоверие мужа изматывало меня, и мне порой даже не хотелось жить. Только как мне быть, когда всем станет видно, что я жду ребенка. Мне и хочется и не хочется его рождения. А как бы было хорошо иметь дочь, но только как отнесется к этому ее отец? Я думаю, он не останется без женщины теперь, когда познал радость от встреч с противоположным полом».

Ей стало нестерпимо больно от этой мысли, но она постаралась спрятать свои переживания, потому что внезапно заметила, что несколько женщин смотрят на нее с любопытством, а Джессика – с сочувствием.

«Этого еще не хватало. Оказывается, уже все знают, что я встречалась с Тимерием, а теперь думают, что я переживаю, потому что он бросил меня. Ну и хорошо. Зато потом никто не удивится, когда все увидят, что я жду ребенка».

Лена заставила себя улыбнуться женщинам, стараясь показать, что ее не волнует разрыв с Тимерием. А о том, кто стал инициатором этого, она не собиралась никому говорить.

В последующие дни, встречаясь с Тимерием лицом к лицу, она приветливо здоровалась, но проходила мимо, не замедляя своих шагов.

Она никому не говорила о своем состоянии, но время шло, и ей стало все труднее скрывать это от Игоря. По утрам ее обуревала тошнота, и она всячески старалась не показывать близким своего недомогания.

Однажды Игорь сочувственно предложил:

– Хочешь, я скажу Тимерию о твоем состоянии?

– Что?! – возмутилась она.