Ретроспектива

Взгляд Теодора не был диким, а уже спокойным, но настойчивым. Он смотрел с лаской, приняв тотальное поражение.

– Что ты наделала?

Он в самом деле обвинял её, будто это она на него напала?

Рассматривая грудь Миры, Теодор накрыл её ладонями, трепетно прошёлся по соскам подушечками пальцев, как если бы дотрагивался до произведения искусства. Он провёл носом между ними, осыпал каждую грудь поцелуями. То жаркими, то влажными, то лёгкими. Только потом вернулся к губам Миры. От изумления Мира почти не шевелилась.

Едва у неё появились лишние силы, она обхватила Теодора за шею, словно он мог передумать и бросить её вот так. Выбившиеся из резинки волосы растеклись по плечам, электризовались от трения и липли к стене. Теодор целовался голодно, но его ладони на щеках были мягкими, невесомыми. Дрожащими пальцами Мира расстегнула рубашку и стянула её с Теодора. Одним плавным уверенным движением он развернул Миру лицом к стене, словно она ничего не весила.

– Мира, – вопрос звенел в его голосе.

Руки Теодора снова накрыли грудь, слегка сжали её.

– Мира.

– Да, – она столкнулась задницей с его пахом.

– Что «да»?

Мира схватила руку Теодора и опустила её между ног.

– Проверь сам. Проверь и узнай, хочу я тебя или нет.

Пальцы погладили её между мокрых складок. Шеи коснулось горячее дыхание, а затем и губы. Мира уронила голову на плечо Теодора. Выгнулась навстречу прикосновениям. Услышав, как вжикнула молния, она завела руки назад. Потянула Теодора за бёдра к себе, потрогала его член.

Перехватив её ладони, Теодор зафиксировал их на стене. В этом было мало приказа. Скорее, просьба. Он достал из кармана презерватив, но едва развернув его, выкинул на пол. Следующий полетел за ним.

– Дьявол!

Наконец, он нашёл подходящего размера кондом.

Член коснулся бедра Миры, скользнул дальше и уткнулся во вход. Она поддалась назад. Лицо Теодора зарылось в её волосы. Казалось, он ещё не верил, что мог трогать её как хочется. И теперь, когда черта пересечена, он попытается насладиться тем, что так долго себе запрещал.

Теодор сразу начал двигаться, погружаться глубокими длинными толчками. Мира сжимала его. Царапала ногтями стену. Выгибалась, подставляя тело. Дико, первобытно. Рваные вздохи сотрясали её тело. Схватив Теодора за волосы, она приблизила его голову, требуя поцелуй. Его лицо было искажено желанием, выпущенным на свободу. Теодор оттянул её нижнюю челюсть, вынуждая Миру шире открыть рот. Мира застонала в поцелуй.