Черный код

Где-то под ребрами словно трепещет маленькая бабочка, это пугает еще больше, чем предыдущая потеря самоконтроля. Макс назвал меня по имени!

Меня захлестывает радость. Дикая, беспричинная радость от того, что для него я больше не Синий Код. Что Макс хочет именно меня, не безликого перцептора, не виртуальную секс-игрушку, которая назойливо лезет в его фантазии и от которой ему никуда не деться.

Он хочет меня!

– Мы можем распорядиться оставшимся мне временем по-другому, – слышится усталый голос Макса.

 – Не тратить его на то, что не требует доказательств.

«Это шанс на миллион», – стучится в голове навязчивая мысль. Потому что Макс – моя фантазия. Порочная, тайная, постыдная фантазия, бросающая вызов всему, что было мне дорого прежде.

Но это же Макс, одергиваю я себя, и трепет затихает. Это человек, который, по словам его собственной сестры, никогда не ошибается. Он читает меня, как раскрытую книгу. Как наверняка читал многих женщин до меня. В самом деле, на десятой, пятнадцатой или двадцатой партнерше перестаешь гадать, что происходит в их мыслях, и начинаешь просто все понимать по их поведению.

Так делала я в работе со своими объектами. До Макса.

Ну конечно, он практикует на мне мои же собственные методы! Пытается переключить внимание на то, что выгодно ему. Бессовестно управляет моими чувствами.

– Я замужем, – отвечаю резко, чтобы скрыть дрожь в голосе. Ни к чему показывать, что хотя бы на мгновение допустила мысль, что стану его любовницей вопреки здравому смыслу.

– Я знаю. И ты мне только что это продемонстрировала, – усмехается он.

Удар ниже пояса. Впрочем, вполне заслуженный. Позабыв, что не хотела встречаться с ним взглядом, я поворачиваюсь и сама смотрю на него в упор. Порываюсь что-то сказать, но Макс останавливает меня жестом.

– Прости, Синий Код. Сегодня я не настроен с тобой воевать. К тому же, на правду не обижаются.

– Ах, на правду! – я складываю руки на груди и, кажется, даже ногой притопываю.

 – Почему бы тебе, раз уж мы снова заговорили о правде, не поведать, за что, все-таки, ты убил Андрея Викторовича? Что такого он сделал тебе?

– Ничего. Он был ни в чем не виноват, – пожимает плечами Макс, и его лицо превращается в непроницаемую маску.

– Это была кровная месть? Типа вендетты?

– Нет.

– Может, вы что-то не поделили в прошлом?

– Мы не были знакомы в прошлом.

Похоже, он может играть в эту игру бесконечно.