Нагуаль

Я сидела рядом с ним, свернувшись на широком удобном сидении в клубок, закусив костяшки пальцев, и разглядывала его мужественный профиль. Не так давно он целовал меня до холодного пота и противной дрожи в ослабевших коленях, этот мужчина, состоящий из противоречий. Он хочет меня – и в то же время отталкивает. Вроде бы заботится – а вроде бы и нет. Я бы засомневалась, что мы на самом деле супруги, если бы не абсолютная, железобетонная уверенность всех окружающих, что мы пара, что мистер Уорнот рядом со мной находится на своем законном месте.

Нас узнавали – и персонал больницы, и журналисты – и это убедило меня, что человек, назвавшийся мне супругом, не подставное лицо.

– Ты бы помог мне вспомнить, если бы рассказал немного, – робко предложила я.

– О чем?

– О нас. Как давно мы женаты?

Джеймс выстрелил в меня коротким взглядом, значение которого я не смогла понять.

– Три с половиной года.

Значит, три с половиной… Двадцатилетняя студентка Кристина стала замужней достаточно скоро после того, как поднялась по ступеням университета в последний известный мне день.

Может, это все-таки та любовь, о которой мне мечталось?

– Мы хорошо жили? Это был брак по любви?

Уголок губ Джеймса дрогнул, его рот искривился, видимо, обозначая улыбку.

– Любовь с первого взгляда, – заговорил он негромко и вкрадчиво, вглядываясь в дорогу, – с того момента, как мы столкнулись в твоем любимом кафе. Мы были счастливы. Очень. Я каждый день не мог дождаться вечера, когда снова увижу тебя. А твои маленькие сюрпризы? Ты обожала устаивать мне их.

В свадебном платье ты была очень красивая.

Конечно, мне хотелось петь от этих слов. Да! Да! Мы любили друг друга! Мы друг без друга жить не могли! Часть меня после катастрофы еще оставалась той двадцатилетней Кристиной, которая обожала сидеть на подоконнике по вечерам с чашкой какао на коленях, смотреть в темноту и грезить о принце.

– А почему я попала в аварию? Мы поссорились из-за чего-то? Я психанула и села за руль, да?

Джеймс помолчал, улыбка, как приклеенная застыла на его лице.

– Я не знаю, – ответил он, наконец, ровным голосом. – Меня в тот вечер не было рядом.

Ладно, невозможно же узнать ответы на все вопросы сразу, здесь и сейчас. Если он не мог или не хотел пока рассказывать мне правду, я решила выведать хоть что-нибудь еще, все, что сумею. Взгляд упал на руки Джеймса, державшие руль: часы на запястье, длинные, сильные пальцы, на безымянном левой руки поблескивает тонкое кольцо из белого золота.