Нагуаль

Не потому, что беспокоился о том, что журналисты меня атакуют, хотя мне приходила в голову и такая мысль, а просто потому, что предпочитал сохранять при себе все свои свободы, в том числе и свободу личного передвижения.

Наконец, мы подъехали и припарковались у шестнадцатиэтажного кондоминиума, расположенного в одном из жилых кварталов, и мое сердце снова запрыгало от волнения в груди. Что ждет меня там? Каким окажется мое знакомство с жилищем, привычным, наверное, для двадцатилетней меня и таким чужим для нынешней? Вместе с Джеймсом я поднялась в скоростном лифте с зеркальными стенами на двенадцатый этаж и оказалась перед дверью, которую мой супруг открыл своим ключом.

Я с трудом заставила себя перешагнуть порог – колени стали ватными, пришлось сделать вид, что во всем виноваты «Джимми Чу-у-у», а никак не их хозяйка.

Квартира оказалась студией, достаточно просторной, но не огромной. Слева от входа находилась кухонная зона со всем положенным оборудованием и дверь на балкон, посередине шла зона гостиной, а справа вдали – спальная.

Мне хватило опыта, чтобы понять, что над интерьером работал дизайнер: оформление выполнили в серых и бежевых тонах, подобрали соответствующую мебель, все выглядело сдержанно и строго и скорее по-мужски, чем по-женски.

– Значит, мы живем здесь? – вымолвила я и прошлась вперед под перестук чудовищных каблуков собственных туфель.

Джеймс молчал, видимо, опять не желая комментировать очевидное, а я просто побоялась, что если так и останусь на пороге, то трусливо сбегу на улицу, поэтому очертя голову ринулась в бой.

Добралась до спальной зоны, отодвинула в сторону дверцу шкафа-купе: похоже, то была половина Джеймса, потому что взгляду предстал ровный ряд из нескольких костюмов и чистых сорочек. Повернулась, изучая аккуратно застеленную кровать, установленный перед ней широкоэкранный телевизор, и застыла, заметив, как смотрит на меня муж: словно я превратилась в заблудившуюся в чаще лань, а он – в тигра, готового к броску. Сглотнула, пошатываясь на высоте неудобных туфель.

– Ничего не узнаешь? – вполголоса поинтересовался Джеймс, и я только помотала головой, не находя слов для ответа. Он резко развернулся, будто с усилием отрывал себя от меня, и пошел в сторону кухни. – Тебе надо выпить.

– Врачи не рекомендовали мне пить, – бросила я вдогонку, слушая грохот крови в ушах.

Вот и наступил тот неудобный момент, о котором я старалась не думать по дороге сюда.