У безумия тоже есть цвет

Теперь стало ясно, почему врач так волновался. Безумие одного человека по воздуху могло передаться ко всем остальным, потому следовало незамедлительно избавиться от того, кто, пусть и нехотя, источал сумасшествие. Дилан, наблюдая, как мужчину скрутили и повалили на пол, делая, очевидно, болезненную инъекцию в шею, постарался тонким образом увести Каллисто от столь пагубной для ее психики картины. Он легонько коснулся предплечья девушки и непринуждённым голосом, присыпанным настойчивостью, произнёс:

– Ты не допила коктейль.

Очень неуважительно по отношению ко мне, не думаешь?

– А… да, – замешкалась она и медленно зашагала обратно к водопаду. – Прости, при мне тут такое ещё ни разу не случалось. Я даже стала забывать о…

Каллисто оборвала предложение, но Дилану не понадобилось слышать его до конца, чтобы понять, что нарушило гармонию в душе девушки. Она села на каменный бортик пруда с опустошенным взглядом, и Дилан расположился рядом с ней, решив как-нибудь приободрить девушку:

– Слушай, Каллисто, как только ты сможешь отсюда уйти, предлагаю посетить одно красивое местечко, где подают самые калорийные десерты на свете.

Они настолько сладкие, что там за час можно посадить поджелудочную и заработать диабет первого типа.

Переведя немного изумленный взор на парня, Каллисто звонко засмеялась и кокетливо убрала каштановые волосы на левый бок, а затем, приподняв бровь, спросила:

– Приглашаешь на свидание или советуешь сходить одной?

– Ну, в мужчине, как и в женщине, должна быть какая-то загадка: поэтому пусть тебя пока терзают разные гипотезы, что же я на самом деле имел в виду.

 – Дилан, глядя на Каллисто, ехидно ухмыльнулся и, не предвидя беды, достал завибрировавший в кармане телефон. Посмотрев на экран, где высветилась тревожная надпись: «ВНИМАНИЕ! Чрезвычайное происшествие в отделе "Генной инженерии", отсек №3», он подскочил с места. – Черт!

– Что случилось? – взволнованно спросила Каллисто.

– Мне срочно нужно возвращаться, – расторопно ответил Дилан и уже на ходу попрощался: – До завтра!

Вот этого только не хватало! Что бы у них ни случилось, во всем виноват будет Дилан – и совсем не важно, что рабочее место он покинул в свое законное обеденное время.

Руководитель всегда несет всю тяжесть ответственности на своих несчастных плечах. Какое-то инстинктивное чувство давно подсказывало Дилану, что рано или поздно должно случится нечто нехорошее и гиблое, потому он и терпеть не мог эту треклятую работу в «Нервусе».