Касание молнии

Но со мной у него вышла осечка – он ударил, не задев. И, увернувшись от удара, я не была намерена снова подставляться и испытывать судьбу.

– Также, судя по всему, ты не обделён одним очень любопытным талантом, – продолжила я, придвигаясь чуть ближе и понижая голос до доверительного шёпота, – Ты – чёртов дамский угодник.

Брюнет хмыкнул и тонко улыбнулся. Было непонятно – польстила ему моя столь короткая характеристика, или же ему было плевать. В этом заключался его главный козырь – по его лицу было крайне сложно читать его эмоции.

Что делало румына прекрасным манипулятором.

– Ты меня раскусила, – заметил он после секундного молчания, – Я обнаружил этот талант ещё в колледже. В какой-то момент я понял, что могу удивительным образом угадывать слабости и желания девушек. Я знал, что нужно сделать, чтобы свести их с ума и заставить хотеть меня. Очень легко убедить девушку, что она – единственная и неповторимая, подарить ей наслаждение и так же легко его отнять, унизив и убив всю гордость и достоинство.

Невольно я сглотнула – не столько от того, что мужчина во время своего своеобразного признания придвинулся ко мне ещё ближе, сколько от его взгляда. Тяжёлого, пронизывающего до мурашек. Глядящего, кажется, в самую душу.

– Девушки всегда это чувствуют, – продолжил он, и его взгляд всё больше темнел, буквально приколачивая меня к месту, – И это приводит их в ужас. Они хотят бежать, но чаще всего – бегут мне навстречу. Знаешь, почему? – не дожидаясь хоть какой-то реакции, он сам ответил на свой вопрос, – Потому что все хотят почувствовать счастье, познать наслаждение.

Хотя бы столь недолгосрочное. Вот так, куколка, я и достигаю своих целей – пользуясь слабостями тех, кто мне нужен. Деньги и власть всегда действуют на мужчин. Ну, а женщины…думаю, ты поняла.

Я почувствовала, как у меня перехватило дыхание. Это была игра, в которую было очень удобно играть вдвоём. И Нелу, кажется, искренне наслаждался происходящим. Он был пламенем, тем самым пожаром, что возникает после удара молнии.

Пожирающим всякого, кто окажется слишком близко. Те бедняжки, что становились жертвами его чар и попадали в плен его магнетизма, шли навстречу этому огню. Бедные мотыльки, которые так сильно хотели обладать прекрасным, что позволяли этому убивать их.

Это обезоруживало. Заставляло разум кричать «Спасайся!», а тело толкало навстречу опасности.

Моргнув, чтобы хотя бы попытаться отогнать наваждение, я столкнулась в взглядом Нелу. В глубине его глаз я увидела это.