Еще одна бессмысленная жизнь

Я мялась у двери, потом я увидела свое бледное отражение и черные потеки на лице, растянутые рукава свитера, пока таксист не вызвал полицию, подумав, что я, что-то сделала, я села в машину и не прятала лица, не пыталась поправить макияж, какое это имеет значение? Назвала номер трассы, на которую нам нужно было попасть. По нахмурившемуся лицу я поняла, что он догадался. Таксисты всегда узнают все первыми. Я ехала в машине и смотрела в окно, молилась, чтобы это была страшная ошибка. А человек, который вел машину, казалось, не хотел быть свидетелем страшной сцены.

Возможно, в его жизни много плохого случалось, и видеть смерть и страдание другого человека ему вовсе не хотелось. Он так нервно всю дорогу стучал пальцами по рулю, что это одновременно успокаивало меня и ужасно пугало. Как один и тот же звук может вызывать разные эмоции в одно, и тоже время? Я бесшумно плакала всю дорогу и молилась. Мы подъехали к месту происшествия. Его не трудно было узнать. Много людей все огорожено. Все бегают, что-то говорят. Таксист открыл мне дверь, я вышла и сразу сквозь толпу увидела твою помятую машину. Я начала кричать хвататься за волосы, что-то бормотать, потом снова кричать. Хорошо, что таксист оказался рядом. Он успел подхватить меня, когда я потеряла сознание. И пара полицейский и штатный психолог, которые услышав мои крики, догадались, кто приехал, подбежали ко мне. Я надеялась на ошибку. Но единственной ошибкой был тот пьяный водитель, из-за которого в аварию попало еще две машины. Но все выжили, кроме тебя… Как так? Вся моя жизнь в один миг изменилась и повернулась в обратном направлении… Она замолчала. Неожиданная потеря, самое страшное, что может приключиться в жизни человека. Когда счастливо живешь и не подозреваешь, что судьба распорядилась иначе. Это разрушает устой привычного бытия и тогда начинается паника. Я плохо помню детали, но дрожь, которая пронизала все тело, осталась навсегда, это как разряд тока, который всегда повторяется, когда я вспоминаю тот день.

– Вы слышите меня? Все будет хорошо.

Этот обманчивый голос психолога я не забуду никогда. И этот обман так же. Мне ввели успокоительное… конечно, им же нужно опознать человека. Но, как оказалось, от меня уже ничего не требовалось, потому, что мое состояние вызывало сострадание. Они все уже сделали. Я не могла думать, не могла слушать и видеть. Успокоительное потеряло свое действие раньше, чем они думали. И место происшествия заново пронзили нечеловеческие крики.