Чужестранка

Когда я разлепила глаза, меня встретила беспрохладная тьма, а мир воспринимался как нечто враждебное и очень дурнопахнущее. Я попыталась встать или хоть как-то разогнуться, но все было тщетно – вокруг меня была узкая решетка, напоминающая корзину.

– Эй, шибко не дергайся! А то, чего доброго, заставят идти пешком. Береги силы, – услышала я голос Тимофея. Кот нежно оплел мои затекшие руки, сделав пребывание в коконе более терпимым.

– Снова глюки… Я схожу с ума! – закричала я, как тут же почувствовала, что качка остановилась.

Кокон опустили на нечто горячее, словно кастрюлю поставили на жаровню. Я почувствовала, как кто-то крайне сильный схватил меня за волосы, вытаскивая на свет.

– Лапы, что ли, лишние?! – завопил кот, ударив когтями по плотной шкуре неизвестного существа. Если до этого тьма меня пугала, а говорящий кот представлялся бредом сумасшедшего, то теперь я сама была готова занырнуть обратно в темницу, заперевшись с милым пушистиком.

Увиденное привело меня в ужас: это были здоровенные огры, о которых я читала в книгах Толкина.

Огромные увальни несли на спинах по три-четыре корзины, в которых, скорее всего, тоже были люди. К нам уже поспешил погонщик, так как караван остановился.

– Эй, Грыгр тебя дери! Какого темного ты встал?! – причитал погонщик, выглядящий как классический бедуин, если не говорить о существе, на котором он передвигался. Это животное напоминало гепарда, только вместо классического окраса у него была бронированная шкура, напоминающая пластины. В это время погонщик ругал огра на чем свет стоит, избивая его кнутом.

– Отпустил, я сказал! Если товар попортишь, я с тебя живого шкуру снимать начну! Могу хоть сейчас начать, только повод дай! – Эта угроза подействовала на увальня. Оказавшись на раскаленном песке, я тут же поспешила обратно в корзину, словно загнанный зверь.

– Умная девочка, – произнес бедуин, после чего зло посмотрел в сторону Тимофея. – Утихомирь свою хозяйку! Огры очень чувствительны к женскому визгу. В случае чего могут и затоптать, – сухо произнес мужчина, после чего мир снова погрузился во тьму.

Корзина вновь взмыла в воздух, после чего тряска продолжилась. Я не могла ориентироваться в темноте, меня обуревала паника. Через несколько часов дышать в корзине стало легче, но ужас не проходил, а рука беспощадно болела от периодических щипков. Я пыталась себя разбудить всеми возможными способами, надеясь, что это всего-навсего сон. Шло время, но долгожданного пробуждения так и не происходило.