Золушка для миллиардера

– Какая ты чувствительная, мышка, – хрипит он, смотря на меня снизу вверх. – Интересно, что будет, когда я попробую тебя на вкус…

Я с трудом сдерживаю чувства. Не прерывая зрительного контакта, незнакомец берет мою ногу и запрокидывает к себе на плечо. Боясь потерять равновесие, я вцепляюсь в его волосы и нежно тяну за них, когда он проводит языком по внутренней коже бедра. Боже! Его темные волосы такие мягкие и шелковистые на ощупь.

Он стонет, а я запрокидываю голову вверх, сходя с ума от пронзившего меня желания.

Мужчина медленно снимает чулок, не забывая целовать всю кожу. Потом проделывает такую же махинацию с другой ногой.

– Ты такая красивая… – Тихо говорит он, сжимая руками мои бедра.

Его пальцы тянут трусики вниз. Я переступаю через белое кружево и спотыкаюсь, когда вижу, куда направлен его взгляд. В крови бушуют гормоны, я чувствую, что вот-вот задохнусь.

– Хочу посмотреть на тебя. Сейчас, – хрипло шепчет он.

Я нахмурилась. Он же и так смотрит на меня. Нет? Но через пару мгновений я понимаю, что он имел в виду… Я уже не просто красная, я вся горю!

Мужчина бесстыдно закидывает мою ногу к себе на плечо, делая меня открытой, и с шумом втягивает воздух.

Минуту он просто шумно дышит, облизывая губы, а потом утыкается носом в мое лоно.

О господи!

Сжав его плечо, чтобы не упасть, я ощущаю удивительно сильные мышцы.

– Ты красивая, девочка, – снова шепчет он, горячим дыханием опаляя меня внизу – Везде…

Я всхлипываю, когда его язык проводит по какой-то чувствительной точке, а потом принимается слизывать влагу.

Внизу живота уже горит огонь.

Боже… Я не могу терпеть это…

С трудом сдерживаю чувства. Я просто изнемогаю от пронзившего меня желания. Его язык кружит возле клитора, а когда он ударяет по самой вершине, мое тело пронзает ток, и я вскрикиваю.

– Так не пойдет, – недовольно говорит он. – Если ты кончишь стоя, то останешься без сил. А я столько хочу с тобой сделать, мышка…

Господи, его хриплый голос усиливает мое желание в сто крат, и я уже чуть ли не плачу от неудовлетворения.

Он поднимается, отходит на пару шагов и принимается раздеваться. Сначала он расстегивает рубашку, обнажая накаченный торс. Когда с рубашкой покончено, я вижу кубики его пресса, полосу темных волос, убегающих за ткань брюк, и шумно сглатываю. Он очень сильный… И невыносимо красивый. Как бог.

Его длинные пальцы берутся за ремень. Потемневшие глаза наблюдают за мной, ловят реакцию.