Невеста супергероя

Как они это сделали? Этим устройством в его руке? Лив замедлилась, резко сворачивая в сторону, скрываясь среди высоких памятников. Кажется, Август решил перейти в рукопашную. Он все еще владел огнем, но теперь он не обладал такой разрушительной силой. А вот грозовой великан не жалел для него своих молний. От большинства Август уворачивался, но что-то прилетало в цель. Август грязно ругался и рычал, как обезумевший, врываясь в драку снова и снова. Но он явно был растерян и, кажется, ранен. А второй не спешил вступать в бой.

Был так уверен в победе своего дружка.

«Я помогу»

Прошелестело у нее в голове. С этого самого момента она лишь на половину управляла своим телом. Странно, но она едва успевала подумать о том, что нужно сделать, а ее тело уже выполняло команду. Будто кто-то помогал ей двигаться. Словно толкал в спину.

Схватив с земли увесистый камень, она обогнула эпицентр сражения, рассекая воздух с несвойственной ей скоростью.

«Я был неплохим квотербеком когда-то» – голос в ее голове самодовольно расхохотался, а Лив решила для себя, что умирать от ужаса будет после.

Выскочив со стороны на блондина в шляпе, она почувствовала, как ее рука сама собой заносится для броска. Она попыталась сопротивляться, ведь было слишком рано. Она в жизни не докинет камень так далеко. Но рука не слушалась. Рывок, и вот камень рассекает воздух прямо в сторону блондина, который лишь сейчас заметил ее, повернув голову.

Невидимые руки будто отпустили ее тело.

А камень с немыслимой скоростью прилетел точно в цель, выбивая устройство из рук опешившего блондина. Словно невидимый барьер разбился вокруг Пламеня, выпуская наружу неконтролируемый огонь, который извивался и разрастался с немыслимой скоростью. Лив вместе с блондином снесло ударной волной. Блондину, который стоял ближе, досталось больше, и он больше не поднимался.

– Дура, какого черта ты творишь! – Сквозь грохот в ушах послышался разъяренный голос Пламеня.

Лив же оставалась в сознании настолько, чтобы приподняться на локтях, наблюдая за тем, как Пламень, словно обезумев от гнева, размазывает здоровяка по земле кровавой кашей.

И все бы ничего, если бы не эта невероятная боль в ногах. Лив знала, что Август будет винить себя в том, что ее икры были похожи на кровавую кашу со вздувшимися на них волдырями ожогов. Поэтому молчала, не позволяя себе даже виду подать насколько ей больно.