Ночь, когда пролились звезды

Так что нам придется идти до лагеря прямо так. И – чтоб ты знала – я сошел с ума, решив помогать тебе.

– Почему?

– Во-первых, по дороге на нас могут напасть. И я не смогу биться с таким балластом, – замолчав ненадолго, он все же добавил. – А во-вторых… Я очень надеюсь, что ты все-таки не окажешься шпионкой. И не заставишь меня пожалеть об этом.

– Я не шпионка, – ее голос стал неконтролируемо громче, и она неосознанно дернулась. – Я говорю правду. Я жила там всю свою жизнь. А потом со мной случилось что-то странное! И если ты знаешь, что это, пожалуйста, расскажи мне.

Помоги избавиться от этого.

– Избавиться, говоришь, – вновь хмыкнул он, обхватывая ее руками за плечи и резко дергая вверх, заставляя подняться на ноги. – Не думаю, что ты снова захочешь стать Спящей, когда разберешься со всем. Знаешь, вообще-то я еще ни разу не видел, чтобы из этого здания кто-то выходил. Не видел, чтобы к кому-то возвращалась душа. Обычно все происходит с точностью да наоборот, – взяв ее под руку, он легонько толкнул ее в спину, прося продвигаться дальше.

 – Ты либо самое поразительное исключение из правил, что я видел, Летта. Либо просто водишь меня за нос, – девушка вновь открыла было рот, чтобы возразить, но он перебил ее. – И тебе очень повезло наткнуться именно на меня, а не на Лиама или Моргана.

– Кто такие Лиам и Морган? Погоди, кроме тебя есть и другие люди?! – и вновь это странное чувство в груди. Как он там сказал? Страх? Растерянность?

Резко затормозив, он дернул ее за локоть и развернул к себе лицом, натянув веревку до предела.

Она вновь едва не дернулась, но он крепко схватил ее за плечи, не давая сделать этого.

– Так мы точно далеко не уйдем, – покачал головой он. – Ты должна успокоиться и довериться мне, ясно? Сама подумай. Если бы я желал тебе зла – то уже давно сделал бы его. Согласна? – Летта задумалась лишь на мгновение. Какие бы чувства не разрывали ее изнутри, но сейчас он был единственной переменной, которая помогала ей не сойти с ума окончательно.

Осознание того, что у него есть ответы, и он может ей помочь, приводило душу, которая вдруг вернулась к ней, в равновесие. Да, пожалуй, эта мысль была единственным, за что она теперь отчаянно цеплялась. И только это могла до конца понять.

– Ты правда мне поможешь? – что ж, по крайней мере теперь она могла контролировать свой собственный голос и не переходить на ультразвук периодически. Знак хороший.