Ночь, когда пролились звезды

– И то верно, – заулыбался парень и без спросу обхватил ее талию рукой, тесно прижимая к себе. – Прости-прости, я не пристаю к тебе. Это часть плана.

– Пристаешь? – то, что она не понимала ровно половины из всего того, что он говорил, начинало снова выбивать ее из колеи, и вытесняло то жгучее тепло внутри, которое мгновение назад вызвал в ней чарующий разноцветный свет.

– И чего я волновался? – закатил глаза парень и направился вперед уже несколько вальяжной походкой. – Говорить буду я. А ты просто улыбайся.

– Да, – охотно заулыбалась Летта, а Нео утвердительно кивнул, покосившись на нее.

Когда она подняла на него взгляд, ее захватило новое для нее чувство. И оно было куда приятнее страха и тревоги. Но будоражило не меньше. Ей было бы трудно объяснить, что это, но оно заставляло ее ускорять шаг, в слепом желании узнать, что же будет дальше. Что скрывается за этим высоким забором, подсвеченным по периметру. И увидит ли она там еще людей? Таких же, как и Нео. Которые могли менять свои лица в мгновение ока.

За высокими металлическими воротами, обмотанными колючей проволокой и, кажется, сколоченными на скорую руку, стоял мужчина. На его голове красовался рыцарский шлем на пол лица, а тело частично облачали старые потрепанные доспехи. Но, едва завидев Нео, он перестал быть серьезным и расплылся в какой-то странной кривой улыбке. И тогда Летта отметила для себя, что не каждая улыбка заставляет ее улыбаться в ответ.

– Здарова, Нео, – парень за воротами манерно перевел взгляд на его спутницу, которая все еще улыбалась, но теперь ей приходилось делать это через силу.

– Карл, – Нео расслабленно махнул ему свободной рукой, а второй плотнее прижал к себе девушку. – Да вот, решил устроить себе выходной и прогулялся до Ночных.

– А я говорил Ванессе, что ты только прикидываешься девственником, – громко расхохотался тот, кого Нео назвал Карлом. – Она проспорила мне десять осколков! С меня пиво.

– Только не сегодня, – расслабленно фыркнул Нео, но Летта отчетливо почувствовала, как напряглись все его мышцы.

Продолжая гадко хихикать, Карл уже сделал размашистый шаг к решетке, как вдруг остановился и прищурил глаза.

– А где ее кристалл? – его взгляд прожигал тонкую нить, соединяющую их шеи. А у Летты уже болели щеки, и вновь проснулась тревога. Неужели, ее просто не пустят туда? Почему?

– Там же, где и лошадь, полагаю.