Ночь, когда пролились звезды

Летте очень хотелось посмотреть и на второй этаж, но туда они так и не добрались, заболтавшись.

Вопреки предупреждениям Нео, она задержалась здесь допоздна, завороженно слушая рассказы Хло, которые порой начинали казаться ей чем-то нереальным. Ну разве могли людские поселения простираться по всему континенту? Разве могли существовать говорящие летающие волчата, которые испокон веков считались друзьями магам? Разве могли на небе расти бриллианты, которые становились видны лишь ночью, когда их граней касался тусклый свет луны?

Благодаря яркому свету неона, она без труда нашла нужный дом.

Да и Хло вызвалась проводить ее до двери на всякий случай, чувствуя свою вину за то, что завтра Летте отправится в опасное приключение совсем не выспавшись.

Едва вспомнив о том, что завтра ей предстоит стать самым настоящим Искателем и отправиться на поиски Монолита, она вздрогнула. То ли из-за волнения перед неизведанным, то ли из-за безумного желания, чтобы это случилось поскорее.

Вопреки многочисленным предупреждениям и страшилкам о том, что снаружи ее ждет сущий ад, она просто не могла верить в это и дальше.

Ведь лагерь Песчаных казался ей таким дружелюбным и уютным местом, что представить, что где-то может быть по-другому она просто не могла. Да и в Ночлеге не было ничего особо опасного. Может быть все просто преувеличивают?

Одно смущало ее до сих пор – слова этого сумасшедшего Лиама. Почему они так разительно отличались от того, что твердил ей Нео? Если ее друг повторял, что ей нечего бояться, когда он рядом, но быть начеку не помешает, то Лиам был просто уверен, что ее убьют при первой же вылазке.

Уж не он ли сам намеревался избавиться от нее? Просто потому, что она не понравилась ему? Или из-за того, что он был так недоволен соседством с ней? Странно, ведь с того самого дня, когда он подсел к ней в баре, она его больше не видела. Ни в пабе, ни дома. Даже прикладывалась ухом к стене в спальне, пытаясь понять, дома ли тот грубиян? Но так ничего и не услышала. И, признаться, была этому только рада.

Но ее счастью пришел конец в тот же миг, как она подумала об этом, поворачивая ручку двери, ведущую в ее новый дом. К свисающей с потолка кровати-качелям и сияющему золотым потолку.

Привычно скрипнули половицы в унисон с несмазанными петлями. В узкую комнату пробрался фиолетовый неоновый свет вместе в уставшей светловолосой девушкой, которая с трудом подавила зевок, закрывая за собой дверь.