Полное погружение в Сердце магии

Каго»

Она долго пыталась рассмотреть текст сообщения, но буквы расплывались перед ней от непрекращающихся слез. Но, даже сфокусировав взгляд, ей не удалось понять смысл сообщения. Смысл ловко уплывал от нее, будто насмехаясь над ее горем. Из всего текста она выцепила одно единственное слово, схватившись за него как за соломинку, которая не позволила горю захлестнуть ее.

«Каго»

Недолго думая, девушка спешно натянула на голову очки, которые едва не запутались в ее растрепанных волосах, но Диана даже не почувствовала боли, потому что душевная боль сейчас была сильнее.

Привычный водоворот затянул ее в игру. Она надеялась, что все ее переживания останутся там, в реальности, что Сердце магии не пропустит их в свой мир, но не тут-то было. Протянув к ней свои темные нити, они проследовали за ней и в этот мир, не отпуская ее ни на секунду.

– Ниа, черт возьми, я уже начал волноваться, – родной голос прозвучал за ее спиной. Она очутилась в их маленьком уютном домике, чувствуя запах дерева и костра, который доносился из разожженного камина.

Это все было настолько родным и милым ее сердцу, что, ненароком, сделало ей еще больнее. Ведь всего этого на самом деле нет. Она старалась сдержаться, но ее плечи, помимо ее воли, задрожали. – Ниа? – парень, почувствовав неладное, обошел девушку, которая опустила голову в пол и еле слышно всхлипывала, и осторожно приподнял ее подбородок, боясь сделать что-то не так. – Ты плачешь? – это был риторический вопрос, потому что по щекам девушки быстро стекали крупные горошины слез, скрываясь где-то за ее подбородком. Совсем как настоящие.

Поняв, что сдерживаться больше не было сил, Ниа громко всхлипнула и уткнулась носом в плечо Каго, который удивленно застыл, совершенно не зная, как ему поступить. Уткнувшись в светлые волосы напарницы, он ласково обнял ее, крепко прижимая к себе. От этого простого порыва, Диана начала плакать еще отчаяннее, но Каго решил, что оно и к лучшему. Пусть выплачется хорошенько, а уж потом он попытается поговорить с ней.

Помимо волнения, его начала охватывать злость, от чего его тело начало стремительно повышать температуру. Он впервые видел ее слезы и не мог ожидать подобной реакции от себя. Ему хотелось сделать что угодно, хоть горы свернуть, лишь бы она перестала так горестно всхлипывать.

– Ниа… – выдохнул он ее имя, щекоча ей макушку своим горячим дыханием. Он по-прежнему крепко сжимал ее в своих объятиях, хоть ее рыдания и прекратились.