История одной души

Трясясь от страха, я неуверенными робкими шагами пошла к подъезду, на который указал Сем. Лапки мягко ступали по влажному асфальту; переходить через дорогу было страшно – я слышала звук приближающейся машины. Хорошо, что успела перебежать. Я села у дверей подъезда и принялась ждать.

Все мои чувства были на пике: я слышала, как в другом конце двора дети играли в мяч, за домом по дороге ездили машины, птицы перелетали с ветки на ветку, о чем-то по-своему щебеча. Холодный ветер трепал мою шерстку, но холода я не чувствовала.

Я легла на бетонное крыльцо, на усиках моментально повисла пыль и песок, от чего защипало в носу. Господи, как кошки это выдерживают?!

Не знаю, как долго я пролежала на бетоне, но глаза я подняла только тогда, когда услышала звук приближающихся шагов. К моему великому счастью и назло Сему это был мой Эрнест. Я вскочила и бросилась к нему (какой же он высокий!) но никаких чувств обычная дворовая кошка у парня вызвать не могла. Я дождалась лишь пренебрежительного взгляда.

Позвав его по имени, я услышала лишь свое протяжное дрожащее мяуканье. Так он меня никогда не узнает!

Эрнест прошел к двери, открыл магнитный замок ключом и зашел в подъезд. Я ринулась следом за ним, смело запрыгивая в темный затхлый подъезд.

– Эй! – воскликнул Эрнест, заметив меня, – тебе здесь нечего делать. Кыш!

Сейчас! Обгоняя его, я взобралась на ступеньки, прыгая все выше и выше до первого этажа. Мой возлюбленный с забавным выражением лица наблюдал за моими манипуляциями.

Помолчав немного, он пошел вверх по лестнице на второй этаж, где, как я поняла, он и живет. Никогда здесь раньше не была. Эрнест уже вставил ключ в замочную скважину, когда заметил меня, сидящую у его ног.

– Думаешь, я тебя домой пущу? Ну, уж нет! – в его голосе послышались злобные нотки, отчего шерсть моя встала дыбом. Он провернул ключ, и дверь открылась, но не успела я проскочить в щель, как любимый отодвинул меня ногой к краю лестницы. – Брысь отсюда!

И я слетела на ступеньку вниз, а мой любимый захлопнул за собой дверь.

Мало того, что я ушибла лапку, так мне еще и до ужаса обидно. Эрнест, конечно, не виноват, он же не знает кто я, но мне больно от того, что человек, которого я люблю так легко от меня отмахнулся.

Пыльный, затхлый, холодный подъезд стал моей обителью на несколько часов, пока из соседней двери не вышел крепкий мужчина. Он сразу заметил меня, сел на корточки и принялся гладить мою шерстку от головы до кончика хвоста.