Матрёшка для испанца

Видимо, часто бываешь на таких мероприятиях, – Алонсо пристально посмотрел в небесно-голубые глаза, которые сейчас светились от ярких лучей солнца.

– Просто я, как тот кабан. У меня нет выбора, – пожала плечами девушка и обречённо опустила голову.

Алонсо еле поборол желание обнять Марию и крепко прижать к себе. Она была такая молоденькая, такая хрупкая, а эти глаза… Они были похожи на два бездонных озера, на дне которых расплескалась грусть, смешенная с безысходностью. За свои тридцать пять лет испанец повидал много богатых женщин.

Все они, как правило, были испорчены деньгами. Но в Марии, несмотря на достаток, в котором она росла, сохранилось что-то человеческое, чистое. Торрес чувствовал это, а он редко ошибался в людях.

Глава 2

В подмосковной усадьбе Залесских дым стоял коромыслом. Обслуживающий персонал сновал туда-сюда. Кто-то разделывал тушу кабана, кто-то топил баню, кто-то встречал вновь прибывших гостей. Борис любил устраивать пышные застолья.

Часто друзья семьи оставались ночевать в его доме, а на утро веселье продолжалось.

Маша старалась избегать подобные тусовки. Её характер был полной противоположностью отцовского. Девушке не нравились шумные компании и алкоголь, которым всегда сопровождались такие вечеринки. Мария предпочитала уединение общению с громогласными гостями. Но сегодня ей приходилось сидеть за столом, который ломился от еды, и улыбаться присутствующим.

Когда Борис Залесский пригласил испанцев к себе в гости, они даже не подозревали, что русский устроит кутёж с размахом.

В зале пели и танцевали ряженые цыгане. Вышколенная прислуга беспрестанно подносила новые блюда.

В отличие от брата, Алонсо совершенно не заинтересовали красивые девушки, которые появились в доме Бориса «из ниоткуда». О том, что длинноногие феи не родственницы и не друзья Залесских, а призваны, чтобы развлекать одиноких гостей мужского пола, сеньор Торрес понял по плотоядным взглядам, которые бросали на него и Хуана чаровницы.

Алонсо окончательно убедился в этом, когда одна из девушек, не раздумывая, согласилась пойти в баню с братом.

Хуан был холост и безбашен, жаждал женского тела. Торрес-старший смотрел сквозь пальцы на забавы младшего брата. Сам же Алонсо не искал забвения в сексе и вообще не спешил сближаться с женщинами. Он всё ещё скорбел о своей жене, которая умерла два года назад.

Его больше устраивало общество Марии.