Ночи Калабрии

– Спасибо! Спасибо! Спасибо! Ты – лучшая!

***

Из электрички на перрон московского вокзала вышла девушка с идеально уложенными волосами светло-медового оттенка с серебристыми бликами. Тонкие пальчики с аккуратным нюдовым маникюром держали бордовую сумку известного итальянского бренда. На красотке были брюки жемчужного цвета и шёлковая белая блузка. На ногах – мокасины из тонкой замши  в тон сумки.

Смотрю на своё отражение в окнах вагона поезда и поверить не могу, что эта девушка и есть я. Поймав на себе несколько восхищенных мужских взглядов, гордо поднимаю голову и улыбаюсь.

Выйдя на привокзальную площадь, ищу глазами машину с указанными в сообщении номерами. Чёрный седан класса люкс с затемнёнными окнами стоит на самом видном месте. Интересно, как это шофёру разрешили здесь припарковаться? Сразу вспоминаю, к кому еду на встречу. Вопрос отпадает сам собой.

За рулём сидит водитель. Больше в салоне никого нет. М-да, итальянец мог бы и сам приехать – встретить. Хотя о чём это я?

Меня отвозят в центр Москвы к какому-то административному зданию.

Ничего себе! Вот это уровень! Неужели у них нет своих переводчиков? Не успеваю прочитать табличку, чтобы узнать, что это конкретно за управление. Ко мне подходит охранник и приглашает внутрь.

Прохладный просторный холл освещают громадные тяжёлые люстры советского периода. Красные ковровые дорожки устилают мраморный пол. На пропуском пункте у меня спрашивают паспорт. После чего выдают пропуск, закреплённый  на длинной ленте, которую надлежит повесить на шею.

– Второй этаж, третий кабинет направо, – произносит мужчина.

Я поднимаюсь по широкой лестнице. На втором этаже также стоит охранник. Он кидает беглый взгляд на мой пропуск и одобрительно кивает головой.

Чувствуя, как холодеют ладони, стучу в массивную дверь. Она тут же открывается. На пороге стоит итальянец, который встречал нас в миланском аэропорту в мае. Кажется, его зовут Карло.

– Добрый день, – здороваюсь я.

– Добрый. Проходите, – мужчина делает шаг в сторону, уступая дорогу.

Сердце пропускает удар, а потом начинает бешено колотиться, едва я вижу знакомые широкие плечи. Ягуар стоит спиной к двери и смотрит в окно. Тонкая белая рубашка обтягивает его торс, подчёркивая каждый мускул.

– Привет, Лия, – оборачивается синьор Спада.

Он ещё красивее, чем я его запомнила. Наши взгляды встречаются. У меня кружится голова от чёрного омута итальянских глаз.

– Добрый день, Дарио!

Лёгкая тень улыбки скользит по его лицу.