Булочка с изюминкой

Глава 20

Варя аккуратно поставила чашку на блюдце, борясь с желанием выплеснуть гущу в лицо белоглазой мымре.

Вот эта рыбьеглазка – и залетела от блудодея? Он, вроде, не похож на извращенца – спать с мешком костей гремящих…

Кристофер. Она назвала его так.

Крис.

Слухи о разводе… О чём там давеча вроде бы случайно упомянул Эрих Мария? «Мальчик занят разводом, так пусть отвлечётся, займётся делом…» А с чего, собственно, она тогда решила, что «мальчик» – это непременно юноша? Брату короля лет немало, и племянник его по возрасту мог оказаться далеко не младенцем.

И сейчас эта суч… эта стерва бледномольная смеет утверждать, что…

Однако пятилетний стаж пребывания в должности главного бухгалтера, отягощённый победами с налоговиками, сказался на выдержке: на лице Варвары Палны не дрогнул ни один мускул.

– А вы ничего не путаете, дорогуша? – поинтересовалась она изысканно-вежливо.

 – Мужчина, что был со мной этой ночью – если мы говорим об одном и том же! – показался мне настолько… простите уж, голодным, не побоюсь этого слова, будто постился по меньшей мере год. Вы уверены, что ваш ребёнок от него?

Могла, могла нежная Варенька при необходимости ткнуть не только крепким кулачком, но и словом.

И когда рыбьеглазка странно дёрнулась, пойдя некрасивыми пятнами, пробивающимися сквозь густой слой тонального крема – поняла с неимоверным облегчением, что попала в цель.

Хоть и случайно: выстрелив наобум в отчаянной попытке укусить побольнее.

– Пожалуй, последнее и мне интересно, – прозвучал знакомый голос. – Причём до чрезвычайности…

Эрих Мария Ремардини, брат короля, дядя принца Сигизмунда и руководитель службы безопасности, почтительно приподнял шляпу, поздоровавшись лишь с Варварой и как-то показательно проигнорировав побледневшую дамочку. В белоснежном чесучовом костюме, энергичный и благоухающий свежестью, он возник, как светлый ангел-хранитель, не допускающий, чтобы его подопечная хоть ненадолго оставалась с глазу на глаз с раздражённой мегерой.

Которая, хоть и спасовала, но втягивать когти не собиралась.

Безопасник присел на свободный стул, небрежно пристроив на колени светлую трость с серебряным набалдашником, на которую незваная гостья уставилась с явным испугом.