Иная судьба. Книга 3

Свечи в канделябре хитро подмигнули, как бы призывая не отвлекаться. И в самом деле, ночь на дворе, добрым людям спать пора, а она всё возится… Нехорошо. Марта поёрзала, устраиваясь удобнее на высоком стуле. Притянула ближе стопку бумаги.

«Драгоценный мой супруг…»

Это обращение всплыло из памяти, как строчка из какого-то романа, и показалось ужасно красивым. Но тут же она испугалась: а не слишком ли напыщенно? Однако зачёркивать слова, рвущиеся из самой души, показалось кощунством. Вздохнув, написала ниже:

«Милый Жиль! Пишет тебе твоя маленькая неразумная жёнушка, которая пока и двух слов толком связать не может».

Перечитала – и глазам не поверила. И впрямь ведь думала, что не может, а, поди ж ты, так гладко и складно получилось! И хоть выводила фразу долго, но без единой помарочки получилось!

Перевела дух и радостно заболтала ногами. Спохватившись, мысленно погрозила себе пальцем: что это она, как дитя малое! Серьёзное дело, понимаешь ли, «от-чёт», и нечего тут…

«День прошёл… наверное, хорошо.

Я с самого утра страшно боялась, что не справлюсь. Но все меня успокаивали, и ты тоже, хоть далеко. Ах, Жиль! Милый!»

Смущённо полюбовалась последним словом. Не слишком ли она несдержанна? Но нет, это вычёркивать она не собирается.

«Спасибо тебе за подарок. Он прекрасен. И фиалки. И стул в кабинете, который сменили нарочно для меня, чтобы был повыше. Я вот пока не поняла, как ты делаешь, чтобы появилась карта Галлии, ты потом научи меня, ладно?»

Написала – да так и залилась краской.

С некоторых пор обширный стол в рабочем кабинете мужа будил в ней воспоминания, связанные отнюдь не с государственными делами. А вдруг он прочтёт – и вспомнит о том же? Ой, неловко… Впрочем, нет, здесь он хитро заулыбается, это уж точно.

«Мэтр Фуке учил меня отвечать на Высочайшие Прошения. Хвала Всевышнему…»

Да, кажется, именно так говорится, когда хочется поблагодарить за что-то небеса.

«… сегодня и завтра, а, возможно, и до конца недели в суде не будут рассматриваться дела, требующие Высочайшего Присутствия.

Вот какие слова я уже знаю. А прошений было много, я просто вспоте…» (Пришлось-таки зачеркнуть). «…утомилась читать. Но справилась. Были вдовы, которым надо назначить пенсион после гибели супругов на войне. Ой, не вдовы, а прошения от них…»

Наверное, «Ой» не слишком уместно смотрелось в «отчёте», но герцогиня храбро махнула на огрехи рукой. Потом перепишет начисто. Это у неё чер-но-вик – вот и ещё новое словечко, узнанное от мэтра Огюста.