Семья напрокат, или Приручи меня

И уж кто, как не они, знал, что за свое нужно драть глотку, но отстаивать собственные права до последнего.

– Мира, – он тихо позвал девушку, сидящую на полу в груде мусора.

Соколовский старался быть спокойным и держать себя в руках. С самоконтролем у него давно не было проблем. Как только он попал в приличное общество, он каждый божий день тренировался выдержке, но сейчас она была готова испариться к такой-то матери.

Мирослав шагнул к Ласке, по пути на что-то наступив. Звук хрустнувшей пластмассы был не таким уж и громким, но именно на него среагировала Огнева: она вздрогнула и резко оглянулась.

– Ах, это вы, – всхлипнула девушка и вернула голову на прежнее место, а именно на колени, которые она обнимала ладонями.

Сейчас она казалась еще меньше – свернувшийся маленький ежик, который непременно использует свои иголки против Мирослава.

Соколовский усмехнулся сам себе, второй день у него в голове прямо телепередача «В мире животных». Странные мысли в нем будила Мирослава.

– Ну и что здесь случилось? – спросил он, присев на корточки рядом с девушкой.

– Какая вам разница? – обиженно прошептала Огнева. – Давайте свои бумаги. Вы же за этим так быстро примчались?

У Мирослава перехватило дыхание. Ведь девочка права, сейчас был бы идеальный момент для сделки, она подписала бы любую всунутую ей в руки бумагу. И в другое время, с другим человеком, Соколовский действительно воспользовался бы предоставленным ему шансом. Только вот Огневу ему не хотелось использовать втемную.

Пускай не все, но все же.

– Ну, во-первых, давай уже на «ты». А во-вторых, прости, но бумаги я с собой не взял.

– Тогда зачем приехали?

Мирослав прищурился, усмехнувшись, и девушка поправила себя:

– Зачем приехал?

– Мне не понравился твой голос, – спокойно произнес он и взял желтый лак, один из многих разбросанных на полу. – Ты сама этим занимаешься?

Для него это было странным, он думал, что Огневой подарили салон и та присутствовала в нем постольку-поскольку, потому что так было модно и положено по статусу.

А сейчас он заметил и сертификаты на имя Мирославы, и грамоты, и много всего прочего, валяющегося одной большой грудой у ног Ласки. И так трогательно выглядела девушка, что у него внутри что-то сжалось. Захотелось притянуть Ласку к себе на грудь и гладить по белоснежным волосам, лишь бы она успокоилась и больше не всхлипывала.