Сумеречные лучи

– В моем возрасте без шрамов уже как-то неудобно, – мельком улыбнувшись, ответил Казанцев, и нетерпеливо застучал носком правой ноги по полу, в ожидании конца разговора.

– Правильно! – Согласился Чадский, – так держать! Ну…

– Есть еще одно, – перебил его Казанцев.

– Докладывай, – Сергей Николаевич тут же нахмурился и внимательно посмотрел на него.

– Я не уверен, что Жене стоит работать со мной по делу, которое мы возбудили утром, – выпалил он, отводя взгляд, – я не думаю, что она готова к возвращению.

– По правде говоря, Андрей, я всегда на твоей стороне палубы, ты знаешь, – понизив голос, ответил мужчина, – но ей нужно реабилитироваться. Ты бери на себя все расследование, а она пусть с тобой походит, втягивается понемногу. Все-таки у нее этот, как его, стресс, или еще черт возьми что, я все-таки не доктор… в общем, я не разбираюсь в этих ее диагнозах и разбираться не хочу. И вообще, Андрей, ты какого черта мне вопросы эти задаешь? Капитан приказал – штурман делает!

– Просто спросил, – Андрей успокаивающе поднял руки перед собой.

– Просто спросил! – Поддержала его Надежда Анатольевна, кивая головой, – все правильно вы говорите, Сергей Николаевич, как обычно, безусловно…пусть бумажки пособирает, свидетелей подопрашивает, поставит себе свой суицид, то есть не свой, конечно, а этого мальчика. Вот, глядишь, и в процесс втянется, как Сергей Николаевич говорит.

–Именно, – тяжело дыша кивнул Чадский, – она там уже допрашивает какого-то вашего подозреваемого, вид у нее вполне здоровый…

–Как допрашивает? – Казанцев удивленно открыл рот.

–Пусть подопрашивает, Андрюша! – Женщина осторожно погладила его по плечу.

– Весь в отца, – Чадский устало махнул рукой, переводя дух, – тот тоже любитель поспорить. Валерьянки на них не напасешься, на этих Казанцевых.

– Весь в отца! – Закивала миниатюрная женщина, – а как он, Андрюша? Был у него?

– Не горю желанием, – Казанцев покачал головой.

– А если чего случится? – Нахмурился Сергей Николаевич, – он же там один, в такой, мать его, простите за мой французский, в…

– Далеко он, верно! – Перебила его Надежда Анатольевна.

– Из похоронного бюро пока не звонили – значит, живой, – Андрей раздраженно засунул руки в карманы в поисках несуществующих сигарет.

– Андрей! – Возмущенно цокнула женщина.

– Ну весь в отца, – вздохнул Чадский, отходя в сторону, чтобы пропустить высокого парня, идущего к выходу.