Украденный поцелуй

Ощутив на себе множество любопытных глаз, спустилась по лестнице и направилась к группе высыпавших отовсюду адептов. Бриджит никуда не исчезла. Блондинка первой подлетела ко мне и спросила тяжело дыша:

– Ну что? Провалила?

– Почему это? – хмыкнула я и сложила руки на груди. – Сказано – сделано. Ставь печать.

– Лжешь! – накинулась второкурсница. – Небось простояла все время в холле, блея точно овца на пастбище, поцеловала ректору ручку на прощание, а теперь думаешь, что прошла испытание? Как бы не так!

– А была ли ручка? – с издевкой пробормотала я и улыбнулась в тридцать два зуба.

– Неси сонар! – рявкнула она Лоретте.

Грузная адептка, на фоне которой светловолосая девица выглядела тростинкой, испарилась с невообразимой скоростью.

«Сонар? Откуда он у них?» – взволнованно подумала я и ощутила, как по телу пронеслась дрожь. Мне не раз доводилось читать об артефакте в книгах, однако никогда не видела его вживую.

– Знай, Реджина, если солгала, быть тебе изгоем до конца учебы, – угрожающе прошипела блондинка и недобро ухмыльнулась.

– Чего прицепилась к ней? – вступилась за меня соседка по комнате. – Ставь печать, и мы пойдем!

– Ну уж нет, – фыркнула ее одногруппница. – Дело принципа.

Бриджит по-прежнему не верила мне и решила во что бы то ни стало доказать всем, что я обманщица. Тем временем вернулась Лоретта и выудила из футляра сонар – с виду обычное овальное зеркало в резной оправе и с ручкой для удобства, правда, малость разбитое. Гладкую поверхность от края до края пересекала глубокая трещина.

Кто-то из адептов тут же создал множество магических светлячков. Мгла немного отступила. Казалось, грядущая ночь сменилась предрассветными сумерками.

– Что нужно делать? – взвинчено поинтересовалась я.

– Стоять и молчать, – проинструктировала разошедшаяся блондинка.

Бриджит забрала у Лоретты сонар, активировала заклинанием, что было выгравировано с обратной стороны артефакта, отстригла у меня прядь рыжих волос, положила на зеркальную гладь и задала интересующий ее вопрос.

Поначалу ничего не происходило, но спустя пару минут на серебристой поверхности появилась легкая рябь. Она стремительно усиливалась и вскоре превратилась в небольшие волны. Едва они поглотили огненный вихор, сонар снова принял вид обычного зеркала, однако вместо отражения любой желающий мог увидеть занятную картинку, на которой был запечатлен поцелуй ректора. И все бы ничего, да только на ней глава академии представал перед адептами в выгодном свете.