Двойня для босса. Стерильные чувства

Хозяин сети отелей – мой давний друг. Обычно я не злоупотребляю связями, но в данной ситуации сделаю исключение. Нечего цеплять мою лисичку.

Пикаю сигнализацией, сажусь за руль бессменного джипа. Выезжаю на трассу и… Не знаю, куда мне двигаться дальше.

На автомате поднимаю вибрирующий мобильный и морщусь.

– Стасик, я так переживала. А ты где пропал? – лицемерно тянет Милана, когда мы оба знаем, какие на самом деле у нас отношения, особенно сейчас. – Я даже в компанию звонила!

– Кажется, мы договаривались не лезть в дела друг друга, – говорю ровно и холодно.

– Прости, милый, я правда волновалась, – щебечет птичкой, а я по Станиславскому не верю. – Подумала, ты в клинику за результатами анализов умчался, – театральный вздох. – В общем, я тут. Хотела застать тебя у Андреева. Заберешь меня?

– Вызови такси, – чеканю строго.

И сразу же отключаюсь.

Нахожу в списке контактов номер, который вчера бессовестно украл. Воспользовался рассеянностью Лисы, забывшей мобильный в моей машине.

Щелчок. Тихое женское дыхание в динамике. Но ни слова.

– Я же сказал, не сбегай! – зло рычу в трубку.

Не с этого начинать надо было. И не так. Нервы ни к черту!

– Стас? – нежный, подрагивающий голос обволакивает. В нем четко слышится удивление с легким оттенком… радости?

– Ты за рулем? – с беспокойством рявкаю, потому что слышу гул двигателя.

– Нет, – могу поспорить, что Алиса говорит сейчас сквозь улыбку.

Не врет. Ламинированная карточка с ее фото все еще лежит во внутреннем кармане пиджака. Изъял и обезвредил.

– Ты где? – интересуюсь я нетерпеливо и осекаюсь, потому что прав на эту женщину не имею. Пока что. – То есть… А-Лиса, – произношу мягче и слышу шумный выдох. – Давай поговорим?

– Стас, я… не знаю, – мнется она.

Мне понятны ее сомнения. Правильная, принципиальная, она поддалась своим чувствам этой ночью.

«Чуть нежнее, Стас. У меня давно… ничего не было», – мелькает в сознании ее смущенное признание.

Нетронутая. Неискушенная. Только моя. И это до сих пор будоражит кровь.

Дикий огонь в обертке скромности. Хочется раскрывать и поглощать без остатка. Гореть вместе в зеленых языках пламени. До конца дней.