Чужая невеста босса. Ты будешь моей!

Нет, это не дело. Я сам вынырнуть из манящей ложбинки не могу – что говорить о клиентах?

– Д-да, – лепечет она с придыханием.

И ее голосок добивает меня. Явственно представляю, как он может срываться, превращаться в будоражащий кровь стон. И как умеет визжать, взрывая барабанные перепонки, переходить на ультразвук. Все возможные нотки, высоты и перепады так отчетливо звучат в моей голове, будто я их уже слышал. Этой ночью…

Галлюцинации? Или…

Неторопливо веду взглядом вверх: от аппетитного декольте мимо тонкой шеи к пунцовому лицу.

Симпатичному, кукольному, с большими карими глазами. Знакомому, мать его, лицу!

Зыркаю на бейджик, чтобы убедиться.

«Коралина».

Я не сошел с ума. Действительно она. Правда, и тут с ошибкой. Мелкая просто притягивает к себе неприятности. Недаром я тоже прилип – и стану ее главной проблемой на сегодняшний день.

Вот, значит, кто у нас в спортцентре такой развратный. Каким ветром ее сюда принесло? Прямиком в мой капкан. И фиг теперь я ее отпущу.

– Та-ак, новенькая, – напрочь забыв о друге, переключаюсь на мою ночную гостью. – Идем поговорим. За мной!

Лина подскакивает на месте, с надеждой косится на Колю, будто умоляя его о помощи.

– Ник? – зовет одними губами.

Уничтожает мои последние сомнения.

Вот и нашелся ее волшебный Ник. Додумался же девчонке так представиться! На иностранный манер? Какой из него Ник? Никто его здесь так не зовет. Колька – он и в Африке Колька.

Притормозив, он с трудом, но все-таки включает позднее зажигание.

Заходит за стойку, обнимает девушку, как свою собственность. Укладывает лапу на талию, аккурат на островок обнаженной кожи между краем топа и поясом лосин.

Лина замирает, испуганно распахнув глаза и осознав, что лишь усугубила и без того патовую ситуацию. Сглатывает, проследив за моим мрачным взглядом, зацикленном на ее плоском животике.

И в момент, когда я собираюсь оторвать руку ее ухажеру, Коля порывисто произносит:

– Ром… – откашливается, вспомнив о субординации на работе.

 – Роман Львович, это Карочка, невеста моя. Я рассказывал о ней, помните? – многозначительно играет бровями.

Морщусь, услышав, как по-идиотски он ее называет. И ей нравится? Смотрю на Лину, но не могу считать эмоций. На ее лице застыла гипсовая маска.

– Допустим, помню, – выплевываю без особого энтузиазма.

– Не ругайте ее, даже если проштрафилась. Все-таки первый рабочий день, – рисуется перед ней.

Рыцарь хренов.