Двойняшки по ошибке. Случайная встреча

И тут перещелкнуло что-то в черепушке. Видимо, на уровне подсознания все же засели родительские догмы.

Ира появилась очень вовремя. Она идеально подошла мне по всем пунктам. Заманила в свои рыжие сети. Особенно тем, что не спешила сближаться физически. Я до последнего не верил, что в свои двадцать два она сохранила невинность, но ее поведение буквально кричало об этом… И стало решающим фактором. Все-таки будущая мать моих детей должна быть чистой. Я не раз повторял это Давиду, который каждую мимо пролетающую юбку чуть ли не в невесты себе записывал.

Я же умел разделять мух от котлет. И отличать мимолетные связи от чего-то серьезного.

Как итог – подготовка к свадьбе с Ирой. А до нее – отношения, завязанные исключительно на поцелуях. Все-таки я уважаю свою женщину. Хоть порой это чертовски сложно.

Идиотские полгода.

Неудивительно, что вчера мы оба сорвались. Или только я, а она не выдержала напора? Сдалась и пожалела об этом? Где Ира сейчас, черт возьми!

Может, все-таки почудилось? Хотя ощущения чересчур реальные.

Помню все до единого вздоха. Не сказал бы, что рыжуле совсем не понравилось. Вряд ли она играла. Слишком неподдельные эмоции выдавала.

И главное, мои предположения оправдались. Только моя она.

Взъерошив волосы нервно, иду в ванную. Достаю темно-серые линзы из специальной жидкости. Провожу привычные манипуляции. Оперевшись руками о раковину, всматриваюсь в свое отражение в запотевшем зеркале.

Зрение я мог бы и очками корректировать, но меня напрягает совсем другое.

Цвет глаз. Серо-голубой и зеленый. Гетерохромия с рождения. Эта дрянь в нашей семье наследственная. Нам с братом от деда передалась. Раздражает меня. И даже Ира не в восторге, поэтому стараюсь скрывать.

Впрочем, вчера ей было все равно. Наоборот, восхищенно шептала что-то на выдохе. А-ай, какая она нереальная все-таки была…

– Марк? – доносится из комнаты голос. Знакомый, который я слышу каждый день, вполне приятный, но… Не такой, черт возьми, как ночью! Да что происходит в моей башке?

Осторожно выхожу из ванной, обращаю внимание на Иру.

Стоит возле кровати, уже одетая, будто сбежать собралась. Кто же ее теперь отпустит?

Она двумя пальцами брезгливо край простыни держит и, скривившись, смотрит на матрас. Недоуменно голову опускаю, скольжу взглядом по бирюзовому шелку.

Останавливаюсь. Перевариваю увиденное.

Вот блин.

Значит, не сон.

И, судя по хмурому личику Иры, доволен этому только я.