Лапочки-дочки из прошлого. Исцели мое сердце

 – Можете считать это заскоком или принципами, но говорю как есть. Вы уверены, что я по-прежнему вам нужен?

– Константин Юрьевич, вызывали? – в проеме двери показывается лысая голова Никольского.

– Да, Илья, – поднимаю со стола папку. – Внимательно изучи материалы дела, разберись и подготовь грамотную апелляцию в суд. Займись вне очереди, потому что, если я правильно понимаю, там время поджимает. И еще… – зыркнув на опешившую клиентку, смягчаюсь. Совсем расклеился! – С оплатой не жести, оцени свои услуги по минимуму.

Если возникнут непредвиденные расходы, я тебе их премией компенсирую. А то из-за нас дама без жилья останется. Кстати, как вас зовут? – уточняю с легкой ухмылкой.

Моя рука повисает в воздухе, пока медлительный Никольский идет к столу. Он плетется, как черепаха, которую хочется пнуть ботинком.

– Нет. Тогда не надо… – рыжая неожиданно выхватывает у меня папку. – У меня есть только одна попытка, и я лучше поищу другого юриста, в котором буду уверена на все сто процентов. Извините за беспокойство.

Поднимается, оттолкнув стул, взмахивает рыжими кудрями, которые развеваются, как огненные змеи. И раздраженно летит к выходу. Морщусь от громкого стука ее каблуков. Кажется, паркет под ними вот-вот расколется на части. Земля разверзнется – и меня вместе с несчастным, растерянным Никольским затащит в ад.

Фурия ни одного грубого слова не сказала, но ощущение, будто прокляла нас. Наглая, отчаянная и… кажется, ей правда нечего терять.

– Стойте, вы… – запинаюсь. – Вы не представились.

Как к вам обращаться? – машинально подскакиваю на ноги.

Если мне еще придется бежать следом за этой бабой, тогда я точно сошел с ума. Благо, она сама останавливается и оборачивается на пороге. Ее обозленный и в то же время разочарованный взгляд не обещает ничего хорошего.

– У вас ведь две дочери? – кидает как бы невзначай, и я на автомате киваю.

Наконец-то вспоминаю, где ее видел. Это она была возле кафе. И о ней мои девочки прожужжали мне все уши, требуя привести им "маму".

Забавное стечение обстоятельств.

– Когда-нибудь они вырастут, выйдут замуж… – продолжает размышлять вслух. – И, представьте, что одну из них обманет муж, лишит всего… Вы тоже останетесь верны своим сомнительным принципам? И будете играть на стороне ее супруга? Ис-клю-чи-тель-но! – дублирует мой тон. – М-м-м? Или перепоручите дело дочки какому-нибудь… Никольскому?

В цель. По больному ударила. Залезла в душу и хозяйничает там, вскрывая нарывы.