Разводимся! Моя на тридцать дней

На Матвея стараюсь не смотреть, иначе он по взгляду прочтет, что я на самом деле испытываю. – В последний раз она была у нас… давно, – не уточняю дату, потупив взгляд. Не хочу вспоминать нашу встречу, когда мне намеками указали на выход, и рассказывать об этом Матвею.

Мать – это святое. Родителей не выбирают.

Я все понимаю, но это не мешает мне покрываться липкими мурашками и мысленно перечислять все свои грехи, даже несуществующие, при одном лишь имени свекрови. Она меня ненавидит. В лучших традициях народных анекдотов.

Я сама в курсе, что жена из меня получается неидеальная, хозяйка – ленивая, а мать… вообще никакая, ведь родить не могу. Я признаю все свои минусы, но рядом с Ниной Евгеньевной они умножаются на бесконечность. Проще застрелиться, чем угодить ей, да и то… скажет, что я даже не умею правильно кончать с собой – и оружие перед самоубийством плохо почистила.

– У нее обследование в клинике, так что она побудет некоторое время в городе, – ни на миг не отвлекаясь от дороги, Мэт произносит медленно, будто тоже обдумывает фразу заранее.

– Некоторое? – сиплю чуть слышно.

– Месяц, – так же тихо. – Может, чуть больше.

Чувствую себя, как астматик в период острого приступа. Тем временем мой «ингалятор» хмуро смотрит перед собой и сжимает ладони на руле.

Глава 3

Признаться, я совершенно отвыкла от свекрови. После смерти мужа, которого все-таки победила болезнь, она вернулась в свой родной регион. Сначала жила у сестры, а потом Матвей купил ей дачу в живописном районе.

Мы посещали ее по праздникам, задерживаясь максимум на день, но чаще муж ездил сам. Разумеется, перечислял ей деньги, и я даже не вмешивалась в суммы и частоту переводов.

Меня более чем устраивало такое положение вещей, ведь на расстоянии свекровь меня не трогала. Относилась так, словно меня не существует, а Мэт до сих пор холостой.

Сейчас же… нам предстоит провести вместе больше месяца. Даже представить страшно, во что выльется наше общение.

Беру паузу, чтобы отдышаться.

– Что-то серьезное? – голос все-таки подрагивает, и прищуренный взгляд мужа летит в меня. Мажет по лицу, на доли секунды останавливается на искусанных губах, которые я лихорадочно облизываю на нервах, – и возвращается, уставившись в лобовое стекло.

– Вроде бы, нет. Полное обследование. Ты же знаешь, что у нее были серьезные проблемы со здоровьем, так что теперь она стала внимательнее к себе, – ровным тоном объясняет Мэт и плавно входит в поворот.