10+ Городских историй от Вероники Мелан в одном сборнике

Куда же вы пешком до станции? А, может, поднять Михалыча – загрузим вас в грузовик, в кузов все поместятся, да отвезем до города? Ну, хоть до электрички? Нет? Все-таки сами?

Мы отбивались, как могли, не объяснять же, что нам бы только до поворота, чтобы с глаз скрыться, а там мы и «сами с усами».

Вот от чего отбиться не удалось, так это от банок с вареньем, соленьями и маринадами. Как же, все свое: помидорчики, огурчики. Помнится, вчера все съели в охотку. И настоечки с собой обязательно, да-да, тут всего пара бутылочек.

Ну, не пара, а на каждого по одной, так оно и правильно… Вы же нам вона сколько надарили!

Вокруг бегал Карат, крутил пушистым хвостом и радостно повизгивал, чувствовал суматоху.

Сбоку, опершись на палку, стоял Савельич, причмокивал сухими губами и время от времени пытался незаметно промакивать глаза рукавом. Васильевна тоже плакала; кто-то спрашивал, когда мы приедем в следующий раз.

Ребята тушевались, держали в руках сетки с соленьями и не знали, что сказать.

Я то и дело ловила на себе вопросительные и смущенные взгляды. Что ответить? Да если бы я знала, что ответить…

Попрощавшись, мы развернулись и зашагали по дороге. Перед глазами почему-то стояло лицо Савельича и вспоминались теплые руки двоюродной бабушки, трясущие мои ладони: «Диночка, ты только приезжай проведывать, ладно? Хоть иногда… приезжай».

Я приеду, бабушка, обещаю.

Блин, что ж так тяжко-то?.

.

Наше молчание прервалось только тогда, когда приблизился поворот и кромка леса. Ко мне повернулся сосредоточенный и хмурый Рен.

– Спасибо.

Я, не сбавляя ходу, бросила на него короткий взгляд.

– За что?

– За то, что привела нас сюда. И за то, что, пока мы пили, купила им подарки.

Я улыбнулась мягко, чуть грустно.

Подаркам радовались так, как я себе и представить не могла. Разворачивали и пересматривали гобелены, изучали вышивку, хвалились друг перед другом доставшимися рисунками.

Полотенца разворачивали, с удовольствием прижимали к лицу, нюхали и снова аккуратно складывали, пытались утрамбовать обратно в хрусткие полиэтиленовые пакеты. Ведь даже пользоваться не будут, так и оставят на приданое какой-нибудь Нинке…

А с каким благоговением смотрели на диковинные бутылки из темного стекла мужчины – что, правда, коньяк? А это? Это бурбон.