Бернарда

«Вот за нее и схвачусь…»

Все, произошедшее после, я помнила едва ли.

Не успела я коснуться доктора, как запястье мое было перехвачено жестким и, признаться, болезненным захватом, тело перелетело через спящего (как я думала) мужчину и упало по другую сторону кровати, голова пропечатала подушку до самого матраса, после чего сам Стивен за секунду оказался верхом на мне с занесенным для удара кулаком.

Я пронзительно завизжала и зажмурилась, одновременно вызывая в памяти лицо Халка.

Очнулись мы в той же позе, но на полу чужой гостиной.

Злой взгляд медовых глаз, пришпиленный к моему лицу, взъерошенные со сна русые вихры и отведенный для удара кулак. Точно Лагерфельд. При ярком свете ламп и все еще в одних трусах.

Я едва не обмочилась от паники, но визжать все-таки перестала, промычав что-то нечленораздельное: язык в формировании слов отказывал.

Рассмотрев, наконец, кто под ним находится, доктор недоброжелательно выругался, опустил руку и поспешил подняться с меня. Шумно дыша и едва помня себя от ужаса, я последовала его примеру.

Руки тряслись так, будто я сутки напролет водила гоночный болид не по асфальтированной дороге, а исключительно по лесам и полям.

– В следующий раз будешь у меня в спальне, не забудь представиться! – процедил Стивен, вытерев губы голым плечом.

Я протянула дрожащую руку и даже сумела съязвить.

– Бернарда, ваш телепортер. Здравствуйте.

В ответ мою руку никто не пожал.

– Ба! – вдруг раздался со стороны знакомый баритон.

 – Это что за шоу нудистов! Стив, а мы тебя ждем! Не знал, что ты носишь боксеры с кармашком спереди. Балда-то не вываливается?

Черт, Эльконто! Я досадливо сморщила нос. Конечно, кто же еще мог так шутить? И как он успел оказаться в доме Халка еще до меня?

– Такая, как у меня, не вываливается, – едко отозвался Стив, отыскав взглядом коллегу.

– Ты ее к бедру что ли пристегиваешь цепочкой?

– К колену, – съязвил заспанный врач и огляделся. – Кто-нибудь объяснит мне, какого черта я здесь делаю?

– Я объясню… – послышался женский голос, тот самый, что говорил со мной по телефону, – и все, словно по команде, посмотрели в ту сторону, откуда он доносился.

Халк Конрад – светловолосый блондин, виденный мной до того лишь единожды, – лежал у кресла. Лицо его было серовато-синего оттенка, шея и одежда в крови. Рядом с ним на полу сидела девушка с заплаканным лицом. Рыжеватые кудри вздрагивали на плечах, когда та пыталась сдержать рыдания.