День Нордейла

Кто?

– Ты смог нащупать след?

Терпкое на вкус вино; прохладная и гладкая ножка бокала в пальцах.

– Нет, – жесткий, почти хищный профиль мужчины рядом. Задумчивый и совершенно не добрый взгляд – от Дрейка несло сдерживаемым смертоносным азартом. – Все проведено через переотражения, через иные измерения. Такое сложно было бы сделать даже…

«Мне?»

Какое слово недозвучало во фразе?

Странный вечер – тихий, но тревожный. Казалось бы, вокруг «обычность»: любимый мужчина, грациозный рояль, на котором он иногда играет, родные стены.

Но нет, «обычность» стала ощутимо хрупкой и нестабильной, истончилась. Дождь, Нордейл, машины, небоскребы, спальные районы… А где-то рядом невидимый враг – принюхивающийся, скалящийся из темноты, щурящий недобрые желтые глаза.

– Не умеем мы жить спокойно, да?

Мы понимали друг друга без слов. Но говорить с Дрейком – как пить вино: всегда по-новому, всегда наслаждение.

– Значит, пришло время новых уроков, Ди. Спокойно существуют только покойники.

Я невесело улыбнулась. А после соскользнула с кресла – перебралась на соседнее, на теплые колени. Обняла Дрейка руками за шею, уткнулась своим носом в его шею.

– Спасибо, что спас меня сегодня.

– Я спасу тебя от любого человека. И не человека.

И вновь спокойно, мирно. Чуть отъехал в сторону лежащий на сердце камень. Вероятно, удивительно, но именно в такие моменты – моменты опасности – я особенно сильно ощущала, что мы – команда.

– Ты только… не рискуй так.

«Не было выбора».

И не было надобности повторять эту фразу вслух – он знал. Но волновался.

Никто не желает треснуть по швам дважды, а Дрейк, когда на Уровне «F» случился момент моей смерти, уже однажды это сделал. Он молчал об этих ощущениях, но никогда о них не забывал.

– Со мной все хорошо.

Хорошо. Относительно. Если бы не скребли на душе кошки от того, что первый бой и выигран, но осталась еще Бернарда-дрянь, испортившая близким людям жизнь. И они до сих пор верят…

– Ты чего?

Дрейк уловил мою печаль, и я тяжело вздохнула.

– Надо как-то объяснить им,… что это была не я. Что я не стирала карты, не травила Халка, не собиралась забирать Хвостика.

– Оставь это мне.

Он всегда приходил мне на выручку: подставлял мощное плечо, опускался на колени, целовал в щеку и мягко просил подождать. Решал проблемы, выручал, никогда не оставлял без своей теплой ладони. Параллельно учил, наставлял.

Он любил.