Дрейк

Заказала себе тарелку супа и второе, быстро уплела все это за обе щеки, выпила компот и понеслась обратно на работу, чтобы не опоздать.

А когда открыла дверь, то была приятно удивлена радостной суматохой, которая царила в кабинете. Оказывается, пришла Лена. И принесла с собой огромный торт. У этой хохотушки сегодня, как выяснилось, был день рождения, о котором мы ничего не знали, потому как тихушница скрыла сей радостный факт от общественности. А теперь сияющая, как тот самый медный самовар, она стояла у своего стола, нарезая торт и раскладывая его в принесенные с кухни блюдца.

Я от души поздравила именинницу, пожелала ей всего наилучшего, про себя решив, что обязательно куплю ей какой-нибудь презент, как только появится возможность. Двадцать четыре года человеку, чем не праздник?

Не успела я погрузиться в работу – юридический перевод никогда не давался легко, – как рядом с моим столом возникла подруга.

– Вот и твой кусок! – она водрузила на край стола приличных размеров кусок торта с вишнями на тарелке.

 – И кофе.

Я, не отрываясь от монитора, улыбнулась.

– Ты чего, я же не пью кофе!

– Ой, разве? – прощебетала Лена. – А я и забыла! Ну, нальешь тогда себе чай на кухне.

– Ага, – ответила я, допечатывая последний символ в строке. – Спасибо!

А потом потянулась к кружке, чтобы отнести ее на кухню и заменить кофе чаем. И моя рука застыла на полдороге – на углу стола стояла та самая кружка Тани. С ягодами.

Видя мое ошарашенное лицо, Ленка махнула из кухни.

– Дин, не было другой свободной. Пей из этой, ничего Таньке не сделается.

Я медленно кивнула в ответ.

Потом зажмурилась и потерла лоб.

На следующий день я шла в офис, полная решимости найти другой предмет, который бы ну никак не мог возникнуть на моем столе. Вчерашний опыт так изумил мою логику, что та страстно пыталась опровергнуть существование любых неписаных законов, тем более мистических, а потому рьяно искала новый предмет для пробы.

Вскоре искомый был найден – им оказалась роза.

Да, обычный цветок. Что сложного, спросите вы? Может быть, и ничего. Но девушке с моей комплекцией цветы дарили не часто, в последний раз года четыре назад, а потому хохочущий рационализм радостно потирал руки в предвкушении скорого провала.

Я только пожала плечами. Роза, так роза. И принялась наполнять воображаемый цветок золотым светом, разглядывая в уме его красные лепестки и шипастый стебель, представляя тот лежащим на моем рабочем месте.