Любовь вслепую

Некая мистичная многослойность.

– Почему все называют тебя Мэй?

– Неважно… Давай, вытаскивай нас отсюда.

Но, вместо того чтобы активировать ключ, Пью аккуратно прицепил его на цепочку, лежащую змейкой на ключицах. Прицепил и опустил под рубаху. Замечательно, чудесно!

– Ты же обещал!

– Первое: я не обещал. – Его тон удивительно спокоен, размерен. Казалось, слепой никуда не торопится – ни жить, ни делать, ни решать. – Второе: я сказал, что умею им пользоваться, но не сказал, что смогу сделать это прямо сейчас.

– Ты обманщик! – внутри моментально вскипело ядовитое варево.

– Сказать, кто тут обманщик?

Я прикусила язык.

Досада, прогорклая досада – вот, что я ощущала. Отдала ключ «просто так», безо всякой выгоды, как оказалось. Дурында.

– Если умеешь пользоваться, почему не воспользуешься сейчас?

– Потому что для этого требуется зрение – у меня его нет. С набалдашником нужен визуальный контакт, ты это ощутила. Если помнишь.

Я помнила. Когда вокруг засветилось марево, когда засияла верхушка, свет и я сцепились невидимой нитью, и эта нить проникла через глаза куда-то внутрь меня, вытаскивая на поверхность желания.

– Тогда отдай его мне… Я попробую!

– Не попробуешь. Ключ не может быть активирован дважды так быстро.

– Сколько нужно ждать?

Я была как гончая, как пес, чуявший добычу, но мне все никак не позволяли сорваться с места.

– Теперь он будет накапливать энергию в течение семи-десяти дней. Так что, если захочешь снова его своровать, будь готова к тому, что быстро он не сработает.

К тому же ты все-таки не знаешь тонкостей и процессов.

«В следующий раз можешь попасть в место куда хуже этого».

Край луны сделался толще, уже показался пузатый бок.

Совершенно безрадостные перспективы.

Ключ не работает. Чтобы активировать его снова, нужно ждать неделю. Если это сделаю я, попаду «хрен знает куда», Пью знает, как попасть в нужное место, но не имеет зрения. Ловушка.

Мы долго сидели тихо, очень долго. Пропитывались осознанием собственного положения.

Шелестели листья, ветер сюда залетал редко. Теплый, летний. Хорошо, что на земле плотный травяной ковер, не мерзла пятая точка. «А если бы в зиму?»

– Мне кажется, этот лабиринт живой, – поделилась я опасениями спустя минуты тишины. – Там… кто-то есть.

– Очень может быть. В пространстве, сотканном из твоего разума, может быть что угодно.

Он был безмятежен. И в то же время оставался потерян – сейчас он действительно ничего не видел.