Он – Форс

– Пусть постарается.

– Ви!

– Не найдет! – рявкнула я грубо. – Потому что я ее не взрывала!

Правда. И не совсем.

Я была причастна. И неясно, от чего муторнее: от страха быть раскрытой, от недоверия отца, от наглости Кэвендиша?

«Нужно будет взорвать ему еще дом…»

В этом вся я. «Подставьте другую щеку…» – куда там.

Телефон умолк – отец нажал отбой. А в горле прогорклый, тухлый вкус, как будто я только что глотнула воды из болота.

Анна приходила, убиралась тихо, в мою комнату не входила.

Оставила на полке холодильника сэндвичи с беконом и жареным яйцом – я сжевала один без аппетита. Похрустела чуть пережженной корочкой. Почему-то уцепилась взглядом за банку с пивом, стоящую в дверце. Достала ее, откупорила щелчком, раздобыла стакан. Пиво в него лила быстрее, чем нужно, и потому пена через край, прямо на скатерть – раздражения добавилось. Глотнула солодовый вкус, пытаясь заглушить горечь – почему батя не может быть просто за меня? По умолчанию, просто потому, что мы – семья. Ведь существует, наверное, реальность, где он забил на корпорацию, где наш дом меньше, но счастливее, где свода правил не существует, где никто не держит личину, где отношения с тем, кто любим, важнее работы…

Много чего, наверное, существует. Только как туда попасть?

С зазвонившим вновь телефоном взметнулась надежда – отец решил извиниться за грубость? «Ви, прости, я был неправ. Даже если ты „при чем“, я буду на твоей стороне. Я всегда на твоей…»

– Алло?

Нужно было посмотреть на экран, прежде чем отвечать, но я была слишком занята пивом.

– Ви?

Итан. Взволнованный, раздраженный, усталый.

И уже не отвертишься, что ты автоответчик. Почему я до сих пор его не настроила?

– Привет.

– Где ты была? – С места в карьер. – У отца?

Он знал, что не у отца, он звонил ему. Пытается подловить на лжи?

– Сейчас у отца.

– А ночью? Я искал тебя, знаешь, звонил сто раз…

Знаю. Видела.

– …ведь это нечестно, понимаешь, уйти в магазин и просто пропасть.

Если захотела поехать куда-то еще, могла предупредить?

Я не собиралась никуда ехать. Это Крей решил, что «собиралась», а оправдываться – все равно, что глотнуть болотной воды еще раз.

– Знаешь, нам надо поговорить. Все эти… недомолвки…

«Твоя ложь, твое ко мне неуважение – взрослые люди так себя не ведут».

Нормальные не ведут. В общем и целом, я была с ним согласна.

– Так где ты была? Скажешь?

– Не скажу.