Праздник Дрейка

– Эй… Ты ведь не собралась прыгать? – спросил, остановившись в пяти шагах.

В здании сплошной недострой: дыры в стояках, отсутствующие ступени, а то и пролеты. Но тот, кто желает залезть наверх, отыщет дорогу. Отчаяние – оно такое, толкает на многое.

– Ты прав, – послышалось глухо, – мы чужие люди. Иди своей дорогой.

Внутри себя Лиза уже шагнула за край. Он зарубил ей последнюю надежду на свет, «ложный» свет, опустивший бы ее еще глубже во тьму, и тьма настала сейчас.

Дождь, наконец, перестал, но бетон мокрый.

Пахнет пылью, сырым цементом; колышутся на ветру обрывки мешковины, которой крыли строительные материалы. А небо темное, погребальное.

Эйдан сел позади нее на выступ. Сам не знал, что собирался делать – ловить, если что?

– Давай без глупостей, а? – попросил, хотя знал, что звучит глупо и банально, он бы сам на эти слова не повелся.

Она просто сидела, просто молчала. Его пугали ее свешенные в пропасть ноги. Сказать: «Это пройдет?» У него и то не прошло до сих пор, у нее подавно.

Неизвестно сколько еще завывал ветер, гнавший и не умевший прогнать бесконечные тучи, прежде чем Лиза заговорила.

– Мы любили друг друга, знаешь… По-настоящему. Как дураки, неспособные поверить, что отыскали настоящее чувство. И счастливы были всего три месяца…

Снова сказать «пройдет»? «Отпустит»? Некоторых всю жизнь не отпускает.

– Только Макс ревновал… Дурачок. – Последнее прозвучало ласково и очень печально – мол, как можно было во мне сомневаться? – Вот и увидел, как меня не вовремя поцеловал Крис, однокурсник.

Оукман всегда был наглым…

«…жаль, поздно дала ему пощечину…»

Перед глазами Ллена плыл кусок чужого прошлого: светлый коридор института, широкие окна, дерзкий и самонадеянный Крис, прижавший Лизу к стене. Макс с букетом цветов, смотрящий на эту сцену издалека…

– Он бы иначе не сел за руль пьяным. Никогда не садился.

«Из-за меня».

Чего Эйдан терпеть не мог, так это праздного самобичевания. И понял вдруг, что ему хватило собственного, вот прям позарез хватило.

Пора или отпускать ситуацию к хренам, или исправлять ее; заработал на полную мощность мозг.

– Слазь, короче, – вдруг сказал Лизе, – придумаем что-нибудь.

От нее тишина. «Что тут придумаешь, если поздно?..»

Да не бывает поздно. Не на Уровнях, не когда ты служишь в Реакторе.

– Убирай ноги из пропасти, нервирует, – выплюнул грубо. Подумал, оценил риски, шансы, порядок действий. – Я верну тебя в прошлое. По крайней мере, постараюсь.