Тринадцатая Мара

 – И выяснил, что у всех иллюзий, мороков и кошмаров имеется одна причина. Некое центральное проклятие, назовем его так. Оно и рассылает их, как гончих, по Топи. Я надеялся, что мы сможем не столкнуться с ним к лицу к лицу, но твоя вчерашняя вспышка…

Мне сделалось неуютно под ровным немигающим взглядом Сидда. Оказывается, его словам «заткнись» имелась причина, вот только заткнуться у меня бы все равно не вышло: было слишком плохо.

– В общем, оно движется сюда, – подвел итог Инквизитор. – Если раньше оно принимало нас за обычных путников, так как ты «неопределенная», а на мне стоял щит, то после твоего черного выброса проклятье учуяло тебя как Темную мару и спешит выполнить свою основную функцию – уничтожить тебя, не допустить к дому.

Я забыла про кашу, про банку, которую держала в руках. И отчего-то начала заикаться.

– Если… мы… выдвинемся сейчас, то сможем обойти его по дуге, н-нет?

– Поздно. Оно слишком близко. Подойти вплотную оно не пожелает, но начнет работать так, что тебе станет сложно мыслить, жить, дышать.

«Да и мне тоже», – слышалось в гнетущем молчании.

Так вот почему мрачно, вот почему чаща вернула свой дремучий душный вид.

«Что нам делать?» – я не задала этот вопрос вслух, но он был написан на моем лице, и Сидд смотрел на меня долго, после ответил голосом, лишенным всяких эмоций:

– Я дам ему бой. Призову сюда, на эту поляну, и ударю.

– А я? – спросила я хрипло. – Верни мне силы…

– Для чего? Чтобы ты спряталась на изнанке?

– Хватит думать обо мне муть! Я помогу тебе…

– Твоя боевая магия очень слаба.

– Так.

Я не понимала, к чему он клонит.

– А эта тварь создана для того, чтобы пожирать определившихся Темных мар. Понимаешь ее потенциал?

Я шумно втянула воздух. То есть я бессильная пылинка, с включенной магией или нет. Однако с включенной мне все равно было бы спокойнее.

– Я могу попробовать протянуть нас остаток пути через изнанку…

– Изнанка Топи может быть напичкана ловушками, как и её явь. Вряд ли Колдун об этом позабыл.

Значит, бой?

Мне было дискомфортно; тьма снаружи подбиралась все ближе, она опять начала вливать в меня грязную мутную воду, шерудить внутри острой палкой.

Инквизитор смотрел на меня, зная о моих ощущениях, и взгляд его был тяжелым, с завуалированным сарказмом.

– Дальше будет хуже.