Санара. Новая руна

Только что почти напрямую заявил о том, что в его кармане хранится амулет, способный оповещать хозяина об опасности и который недавно ясно дал понять Догу – что-то пошло не так. Совсем не так. Сильно. А ведь обязан был хранить, обеспечивать защитой, отводить ненужным людям глаза. Не отвел, потому у той, с кем Аид явился на бал, не было глаз в привычном понимании слова.

– С кем же?

Тишина.

– Не кажется ли вам, что вы ведете незаконную игру, господин Судья?

– Осторожнее со словами.

Аид улыбался, как улыбается противник, многократно превосходящий соперника силой.

– Нечестные методы…

– О нечестных методах мы с вами поговорим позднее. А пока, если я правильно понял, вы бездоказательно пытаетесь обвинить Верховного Судью Аддара в нарушении закона? Это так?

– Это… не так.

Серкан жалел, что подошел близко. Теперь Санара знал, для чего именно тот приблизился – чтобы с помощью очередной магической игрушки случайно «выбить» из Судьи правду. Но игрушка не сработала, спеклась рядом с Аидом, раскрошилась о бронебойную стену.

И Догу попал впросак.

– Всего лишь хотел засвидетельствовать вам свое почтение. Надеюсь, наше скромное мероприятие соответствует вашему представлению о гостеприимстве.

Провожал советника, уходящего прочь, взгляд холодных зелено-голубых глаз.

(Lawless feat. Britt Warner – Diminuendo)

«Идем. Туда, где никого нет…»

Он ждал этот шепоток в собственной голове. Оказывается, ждал сильнее, чем думал сам.

И сразу поставил пустой стакан из-под напитка на ближайший поднос, извинился, задев чье-то плечо, принялся прокладывать путь из общей залы.

Шагал, пока не остался позади гомон – все глуше и глуше, – пока не исчез за поворотом свет многочисленных люстр, пока не оказался в совершенно пустынной и широкой портретной галерее. С одной стороны полотна – темная мазня в тяжелых рамах, с другой – занавешенные шторы, высокие окна и подушки-лежаки вдоль стен.

– Здесь?

Спросил в темноту, чувствуя себя глупо – столь редкое для него чувство.

Но как себя ощущать, если говоришь с пустотой? Пустота, однако, вскоре принялась рябить, мерцать серебристым светом. И через секунд десять – Санара жадно глотал каждое мгновение, всматриваясь в процесс обратного превращения, – рядом стояла Нова. Привычная, теплая и насмешливая. Только глаза ее оставались странными, «расплавленными» по центру.

– Дай руку, – попросила тихо.

Аид протянул.